Ключи Пангеи. Эпидемия

Блондинка Молли Голд, пряча руки в карманы делового пиджака, недоверчиво косилась на пустующее место секретаря. Стоящий рядом с ней ведун Эрчим, пару минут назад, путем внушения промыл мозги обычному служке, заставив войти в зал собрания генералитета и вывести в коридор генерала Георга Чернигова. Защитник Ребко сам вызвался стать телохранителем главы рода и сейчас спокойно стоял, ожидая представителей всполошившейся охраны.

Четыре человека с системными фамилиями Голд были совсем не тем, что ожидал увидеть Еремей Рублев-Лебедев, таща за шкирку обезумевшего парнишку-секретаря.

– Вы, бл…дь, совсем страх потеряли? Приперлись в министерство обороны…

Пока полковник матерился, вся четверка с разной степенью отвращения изучала его ник и погоны со звездочками. Джин, тяжело вздохнув, все же начал разговор.

– Мы пришли к генералу Георгу Чернигову. Не к полковнику. И уж точно не с такой фамилией.

– А харя не треснет?! Нет? Так может мне помочь? Вы, бл…дь, хоть представляете, какие у вас будут проблемы после фокуса со служкой?!

Кореец распахнул пальто, показывая, что при нем нет никакого оружия.

– Не считая внушения молодому человеку, висящему в ваших руках, ни я, ни мои люди не нарушали никаких законов. Да и внушение не потребовалось бы, согласись генерал Георг встретиться с нами лично. Мы две недели обивали пороги министерства обороны. Ходили в Око Императора. Даже о вашем собрании узнали случайно.

Оценив рвение нарушителей, Еремей поставил секретаря на ноги и щелбаном сразу же отправил его в нокаут.

– Похвальная настойчивость для гражданских, – Еремей перевел взгляд с падающего секретаря на нарушителей. – Раз уж все тут собравшиеся знают о пробуждении, поговорим серьезно. Генерал Чернигов сейчас слушает важный доклад. Одни только детали совещания уже являются государственной тайной. Если есть, что сказать или передать генералу, можете это сделать через меня.

Вся четверка разом окинула полковника взглядом полным недоверия и даже презрения.

– Знавали мы одного выхухоля с такой же фамилией. Артемий или Артем. Как-то так его звали. Я большей мрази ни разу в жизни не видел. Мужик, если ты его отец, я скорее говорящему сапогу поверю, чем тебе.

Поняв, с кем говорит, Еремей нахмурился.

– Артемий Рублев-Лебедев приходится мне внуком. За тот проступок он понес суровое наказание.

Кореец кивнул.