Виноваты звезды

Школьные подруги, конечно, хотели помочь мне вылечиться от рака, но вскоре убедились, что это не в их власти. Прежде всего рак у меня никогда не пройдет.

Поэтому я отговорилась болями и усталостью, как часто делала при встречах с Кейтлин и другими. Сказать по правде, больно мне всегда. Больно не иметь возможности дышать, как нормальный человек, постоянно напоминать легким выполнять свою работу, принимать как неизбежность дерущую, царапающую, до боли знакомую боль кислородной недостаточности. Поэтому, строго говоря, я не солгала, а просто выбрала одну из истин.

Присмотрев скамейку между магазинчиком ирландских сувениров, «Империей чернильных ручек» и киоском с бейсбольными кепками – в эту часть молла Кейтлин никогда не заглянет, – я начала читать «Полуночные рассветы».

Соотношение трупов и предложений в этой книжке было приблизительно один к одному, и я продиралась сквозь текст не отрываясь. Мне нравился старший сержант Макс Мейхем, хотя в нем было мало индивидуального, мне нравилось, что его приключения продолжаются.

Всегда были плохие парни, которых требовалось прикончить, и хорошие, которых нужно было спасти. Новые войны начинались еще до окончания старых. В детстве я не читала серийную фантастику, и жить в бесконечном вымысле оказалось интересно.

За двадцать страниц до конца «Полуночных рассветов» Мейхему пришлось несладко – он получил семнадцать ран, спасая заложницу (американку и блондинку) от врага. Но как читатель я не отчаивалась. Война продолжится и без него.

Возможно – да что там, обязательно, – появятся сиквелы о его команде: младшем сержанте Мэнни Локо, рядовом Джаспере Джексе и других.

Я почти дочитала, когда маленькая девочка с бантиками в косичках подошла ко мне и спросила:

– А что у тебя в носу?

Я ответила:

– Это называется канюля. Трубки дают мне кислород, помогая дышать.

Подкатила ее мамаша и неодобрительно крикнула: «Джеки!» – но я заверила: «Ничего, ничего», – потому что и в самом деле ничего в ее вопросе не было.

Джеки попросила:

– Можешь дать мне тоже подышать?

– Не знаю, давай попробуем! – Я сняла канюли с ушей и позволила Джеки сунуть трубки в нос.

– Щекотно, – засмеялась она.

– Я знаю.

– Кажется, мне легче дышится, – сказала она.

– Да?

– Да.

– Ну, – произнесла я, – жаль, что я не могу отдать тебе мою трубку. Мне без нее не обойтись!

Я уже ощущала отсутствие кислорода и дышала с усилием, когда Джеки отдала мне трубки.