Фирма

Митч слышал, что за четыре месяца до гибели Ходж застраховал свою жизнь на два миллиона долларов.

Когда речи закончились, Натан Лок, не привлекая ничьего внимания, вышел. Окружив вдов, юристы выражали им искренние соболезнования и сжимали их в своих дружеских объятиях. Митч знаком с женщинами не был, говорить ему было нечего. Он подошел к стене и стал изучать портреты. Рядом с изображением Козински и Ходжа висели еще три, поменьше, но тоже великолепно выполненные. Внимание его привлекло женское лицо. На табличке из бронзы имя: «Элис Наусс, 1948–1977».

– Это была ошибка, – едва слышно сказал Эйвери, подойдя к Митчу.

– Как это следует понимать? – спросил он.

– Типичная женщина-юрист. Пришла к нам из Гарварда, окончила первой на курсе, но, будучи женщиной, несла на себе печать первородного греха. Каждого мужчину она считала женоненавистником и смысл своей жизни видела в борьбе с половой дискриминацией. Суперсука. Через полгода ее все здесь возненавидели, но никак не могли избавиться. Два компаньона из-за нее ушли на пенсию раньше, чем предполагали это сделать.

Миллиган до сих пор винит ее в своем сердечном припадке. Она была приставлена к нему.

– А юристом она была хорошим?

– Очень хорошим, но ее достоинствам было совершенно невозможно воздать должное. Она по любому поводу демонстрировала свою сварливость и вздорность.

– Что с ней случилось?

– Автомобильная катастрофа. В ее машину врезался какой-то пьяный. Это было ужасно.

– Она была первой женщиной в фирме?

– Да, и последней, по крайней мере до тех пор, пока нас не принудят взять на работу вторую решением суда.

Митч кивнул на соседний портрет:

– А это?

– Роберт Лэмм. Был моим другом. Учился в Атланте, он пришел за три года до меня.

– Что произошло?

– Никто не знает. Он был страстным охотником. Как-то зимой мы вместе охотились на лося в Вайоминге. Году в семидесятом он отправился пострелять в Арканзас и там пропал. Его обнаружили через месяц в овраге, с дырой в голове. Вскрытие показало, что пуля вошла в заднюю часть скулы и снесла почти все лицо.

Предполагают, что выстрел был произведен с большого расстояния из мощного ружья. Похоже на несчастный случай, но точно никто не знает. Не представляю, чтобы кто-то хотел убить Бобби Лэмма.

«Джон Микел, 1940–1984», – было написано под последним портретом.

– А что случилось с ним? – прошептал Митч.

– Пожалуй, самый трагический случай. У него было не все в порядке со здоровьем, сказывалось постоянное напряжение.