Блюстители

В течение последних пятнадцати лет у него не было ни адвоката, ни какого-либо законного представителя – вообще никого. Никто на свете не предпринимал попыток доказать его невиновность. Из собственного уже весьма богатого опыта я знаю, что одно только это для невинно осужденного – почти невыносимая ноша, гнетущая его душу. Порочная, прогнившая судебная система упрятала человека в тюрьму, и нет никого, кто бросил бы ей вызов. Заключенному в таких случаях тяжело примириться уже с тем фактом, что его, не совершившего преступления, осудили.

Если же никто не пытается доказать его правоту, он чувствует себя совершенно беспомощным.

– Не стоит благодарности, – говорю я. – Для меня честь находиться здесь. Большинство моих клиентов называют меня просто Пост, так что обойдемся без «мистера».

Человек по ту сторону прозрачного пластикового барьера снова улыбается.

– Договорились. А я просто Куинси.

– Все бумаги подготовлены, так что я официально в деле. Есть по этому поводу какие-нибудь вопросы?

– Да.

Вы больше похожи на священника. Почему на вас этот воротничок?

– Я методистский священник, и воротничок иногда помогает мне добиться более уважительного отношения.

– Когда я был ребенком, у нас был пастор, он тоже носил такую штуку. Никогда не понимал, зачем он это делал.

Раньше Куинси Миллер посещал африканскую методистскую церковь, а священники этого религиозного направления действительно носят стоячие воротнички. Став подростком, он отошел от религии и в церковь ходить перестал.

В восемнадцатилетнем возрасте женился на своей подружке, потому что она забеременела. Брак оказался непрочным, но у супругов, кроме первенца, успели родиться еще двое детей. Мне известны их имена, адреса и места работы, и я знаю, что они ни разу не общались с отцом после суда над ним. Бывшая жена дала свидетельские показания против него. Куинси Миллера навещает только его единственный брат Марвис. Он делает это раз в месяц и порой присылает Куинси небольшие денежные переводы.

Куинси рад тому, что жив.

Ему спас жизнь единственный чернокожий, входивший в состав жюри присяжных. Если бы не он, Куинси отправился бы в камеру смертников, причем в то самое время, когда в штате Флорида весьма активно приводили в исполнение смертные приговоры.

Досье фонда «Блюститель» на Куинси объемное, как на всех заключенных, дела которых мы изучаем. Мы знаем о нем все, что только можно было выяснить.

– Так чем мы сейчас займемся, Пост? – с улыбкой интересуется он.