Округ Форд (сборник)

Вскрыла простой белый конверт с витиеватой надписью курсивом, развернула два вырванных из блокнота листка желтоватой бумаги и начала читать:

«Дорогая мамочка!

Становится совершенно ясно и очевидно, что неуклюжие и громоздкие и даже в каком-то смысле летаргические махинации нашей неадекватной и бесчестной, даже коррупционной судебной системы неизбежно и неотвратимо привели к тому, что она нацелила на меня отвратительный кровожадный взгляд».

Инесс перевела дух, потом прочла первое предложение еще раз.

Бутч обернулся, увидел письмо, покачал головой, однако промолчал.

«Тем не менее штат Миссисипи снова проявил несговорчивость и злую волю, стремление загнать человека в угол, достиг наивысшей точки деградации в своей решимости выпустить кровь из Реймонда Т. Грейни. И тому пришлось обеспечить себе услуги молодого адвоката поразительных способностей, этот человек экстраординарных юридических талантов был выбран мной из бесчисленных легионов барристеров, которые в буквальном смысле слова бросались к моим ногам».

Снова пауза, снова быстрое перечитывание. И Инесс продолжила:

«Неудивительно, что юрист столь исключительных и высочайших, и да, даже можно сказать, уникальных способностей и достоинств не может работать и эффективно защищать меня без соответствующей рекомпенсации».

– Что такое «рекомпенсация»? – спросила она.

– Прочти по буквам, – попросил Бутч.

Инесс медленно произнесла слово по буквам, и все трое задумались, что бы оно могло означать. Упражнения в лингвистике стали для семьи делом привычным, даже рутинным, как разговоры о погоде.

– А о чем там вообще речь? – спросил Бутч, и Инесс перечитала предложение. – Ясно. О деньгах, – заключил Бутч, и Леон тут же с ним согласился. Загадочные слова, употребляемые Реймондом, чаще всего относятся к деньгам.

– Дай я продолжу, – предложил Леон. – У него новый адвокат, и ему нужны деньги на оплату услуги.

Инесс проигнорировала слова сына и продолжила чтение:

«С большой неохотой и даже определенным душевным трепетом я отчаянно умоляю, даже призываю вас собрать вполне обоснованную сумму 1500 долларов, которая найдет должное применение в деле моей защиты и, несомненно, поспособствует моему оправданию и освобождению – иными словами, спасет мою задницу.