Этика. 7 ключей к пониманию этических состояний

Марина предает своего приятеля Петю, потому что Петя сейчас сливает свою энергию в никуда. А он-то видит именно то, что Марина показывает своим видом – что ей интересно. Предательство – измена в ответ на доверие.

Если бы Марина сконфронтировала ситуацию, она бы сказала Пете: «Хорошо. Я понимаю, что тебе нравятся красные цветы. И готова поговорить об этом завтра. А сейчас я очень хочу спать. До свидания».

Это честно. Марина поняла суть Петиного сообщения и сообщила ему суть своего намерения. Всем все понятно.

Конфронт – это присутствие с вниманием и удобством. Это просто, если человеку все нравится, все идет хорошо. Но бывает так, что человеку не нравится то, с чем он имеет дело. И в такой ситуации конфронт – бесценная способность оставаться причиной.

Однажды вечером мы с Шурочкой, подругой моей бабушки, зашли в мясную лавку. До закрытия было еще полчаса, но в магазине была только продавщица за прилавком, и уборщица мыла пол. Я смотрела на Шурочку, любуясь ее нарядом. Она тоненькая, изящная в свои восемьдесят пять, идеально причесана, элегантно одета.

А Шурочка рассматривала мясо, что лежало на витрине, прикидывая, что подойдет для котлеток. Продавщица подошла и поинтересовалась:

– Ну что, выбрали?

– Наверное. Вот этот кусок достаньте, пожалуйста, я его понюхаю.

Шурочка так выбирала продукты, по виду и по запаху. Но продавщицу это почему-то возмутило. В тексте невозможно передать хамскую интонацию женщины, уверенной в своей безнаказанности, потому что я – ребенок, а Шурочка – божий одуванчик.

– Вы что, не видите, что мясо хорошее?

– Вижу, но хотела бы его понюхать.

Продавщица зашлась в гневе.

– Очень плохо, что вы не видите. Очки наденьте.

Шурочка, дочь полковника царской армии, интеллигентнейшая женщина, воплощение хороших манер, прикрыв мои уши, спокойно произнесла:

– Плохо будет, если я этим мясом тресну тебя по морде. А то, что я прошу показать мне мясо поближе – это хорошо.

Это было сказано с полным конфронтом.

Хотя, конечно, Шурочка просчитала путь отступления, если нам придется бежать. Реакция продавщицы оказалась непредсказуемой. Она как-то вся расцвела, проснулась, и улыбаясь, стала выкрикивать:

– Ну надо же! Двадцать лет работаю, а такого хамства не встречала.

Но она была, совершенно точно, рада. Уборщица подошла к нам и с большим интересом в глазах поинтересовалась, что произошло. На что продавщица с удовольствием повторила весь диалог.