Последний присяжный

Маргарет однажды сообщила мне на ушко, что он порой даже завтракает бурбоном. Они с одноногим адвокатом, которого все называли Майором, любили «принять» за чашкой утреннего кофе. Усаживались обычно на балконе майорской конторы – она располагалась тут же, на площади, напротив нашей редакции, – курили, попивали и беседовали о юриспруденции и политике, пока здание суда не оживало. Ногу Майор потерял при Гвадалканале, если верить его версии участия во Второй мировой войне. Его практика имела весьма узкую специализацию: единственное, чем он занимался, – это составлял завещания для престарелых клиентов.

Причем печатал их собственноручно – секретарь ему не требовался. Работал Майор так же усердно, как Бэгги, поэтому хмельную парочку можно было часто видеть в суде, рассеянно наблюдающей за очередным занудным процессом.

– Думаю, Маккей Дон поместил парня в люкс, – сказал Бэгги. Язык у него начинал немного заплетаться.

– В люкс? – удивился я.

– Ага. Ты бывал в этой тюрьме?

– Нет.

– В такой даже скотину держать стыдно.

Ни отопления, ни вентиляции, канализация и водопровод, если работают через день, – хорошо. Жуть! Пища гнилая… И это еще в той части, которая предназначена для белых. Отделение для черных на другом конце – просто одна-единственная камера, длинная-предлинная. А вместо туалета там дырка в полу.

– Думаю, я должен туда заглянуть.

– Это позор для округа, но, как ни печально, и в соседних округах не лучше. Тем не менее есть у нас небольшая камера с кондиционером, ковром на полу, чистой постелью, цветным телевизором и отличной едой.

Ее называют люксом, и Маккей Дон сажает туда только избранных.

Я мысленно делал заметки. Для Бэгги это было просто фактом здешней жизни. Для меня – недавнего студента и человека, осваивающего профессию, – сюжетом для журналистского расследования.

– Думаешь, Пэджит сидит в люксе?

– Скорее всего. Его ведь привели в суд в своей одежде.

– А обычно?..

– Обычно подсудимых приводят в оранжевых тюремных робах. Никогда не видел?

Видел.

Однажды, около месяца назад, мне довелось побывать в суде, и теперь я вспомнил, что двое или трое подсудимых, дожидавшихся выхода судьи, были в разного оттенка выцветших оранжевых робах, на которых спереди и сзади были надписи: «Тюрьма округа Форд».

Бэгги сделал очередной глоток и продолжил просвещать меня:

– Видишь ли, на предварительные слушания и тому подобные мероприятия подсудимых, если их содержат в тюрьме, всегда приводят одетыми как заключенных.