Последний присяжный

Рейф одобрил мои успехи, и мы снова перезарядили револьвер.

Гарри Рекс из своей обширной коллекции прихватил девятимиллиметровый автоматический «глок», и, пока солнце медленно садилось за горизонт, мы продолжали стрелять по очереди. Адвокат был хорошим стрелком и без труда с пятидесяти футов укладывал десять пуль подряд в верхнюю часть торса. После четырех попыток я немного расслабился, мне даже начал нравиться этот спорт. Рейф оказался превосходным учителем, давая время от времени ценные советы, он с удовольствием наблюдал за моими успехами и без устали повторял:

– Все дело в практике.

Когда стрельбища закончились, Гарри Рекс заключил:

– Этот револьвер – подарок. И вы можете приезжать сюда в любое время, чтобы потренироваться.

– Спасибо, – поблагодарил я и небрежно сунул оружие в карман, как настоящий местный житель. Я радовался: ритуал был завершен, а я научился кое-чему, что каждый местный житель умеет уже годам к двенадцати. Но ощущения безопасности мне это не прибавило. У любого Пэджита, который выскочит на меня из кустов, будет преимущество внезапности и долголетней практики.

Когда мы шли обратно через лесок, Гарри Рекс проговорил у меня за спиной:

– Та крашеная блондинка, с которой вы познакомились, Карлин…

– Да? – Я вдруг занервничал.

– Вы ей понравились.

Карлин прожила на свете минимум сорок нелегких лет. Я не знал, что сказать.

– Она всегда готова лечь в постель.

Я не сомневался, что в округе Форд мало найдется постелей, которые Карлин пропустила.

– Благодарю, – отверг я предложение. – У меня подруга в Мемфисе.

– Ну и что?

– Отличный козырь, – пробормотал себе под нос Рейф.

– Подружка тут, подружка там – подумаешь, какая разница?

– Давайте договоримся, Гарри Рекс, – сказал я. – Если мне понадобится ваша помощь в поиске партнерши, я дам вам знать.

– Ночь любви – всего и делов-то, – пробурчал он.

У меня не было в Мемфисе постоянной девушки, но со многими я был знаком. В случае необходимости я предпочел бы смотаться в Мемфис, а не опускаться до прелестей Карлин.

У козла был весьма специфический вкус: не то чтобы приятный, но на фоне свиных рубцов он показался не таким отвратительным, как я ожидал. Мясо было жестким и подавалось с густым шашлычным соусом, который, полагаю, был призван заглушать собственный вкус козлятины.