Противники

Абнер поставил перед ним холодную пинту светлого пива.

– Хоть теста как следует поедите, – заметил Абнер.

Дэвид выудил одно луковое колечко, обмакнул в кетчуп и отправил в рот.

– О, конечно, мне неплохо платят. С чего бы я пошел на такие мучения, если бы мне не платили? – Дэвид осмотрелся, желая удостовериться, что их никто не подслушивает. Поблизости никого не было. Не отрываясь от колец, он заговорил тише: – Я старший юрист, пять лет работаю в компании, моя зарплата до вычетов налогов за прошлый год составила триста тысяч.

Это целая куча денег, а поскольку у меня нет времени их тратить, они просто копятся в банке. Но давайте все подсчитаем. Я проработал четыре тысячи часов, но выставил счетов только на три тысячи. Три тысячи часов – предел для фирмы. Все остальное было размыто и отнесено к другим видам деятельности фирмы и работе pro bono[7 - Безвозмездной (лат.).]. Вы меня слушаете, Абнер? У вас такой вид, будто вы заскучали.

– Слушаю. Я обслуживал юристов и раньше. Знаю, какие они зануды.

Дэвид сделал большой долгий глоток светлого пива и причмокнул.

– Благодарю за прямоту.

– Я всего лишь делаю свое дело.

– Фирма выставляет счета за мою работу по ставке пятьсот баксов за час. Умножьте это на три тысячи. Это полтора миллиона для доброго старого «Рогана Ротберга», а не несчастные триста тысяч. Умножьте это на пятьсот – столько юристов делают примерно то же, что и я, – и вы поймете, почему юридические факультеты кишат умными молодыми студентами, которые только и мечтают устроиться в крупную юридическую фирму, стать партнерами и разбогатеть.

Вы заскучали, Абнер?

– Захватывающий рассказ.

– Хотите луковое колечко?

– Нет, спасибо.

Дэвид затолкал очередное большое кольцо в пересохший рот и запил половиной пинты пива. С края барной стойки донесся громкий хлопок. Пьяный снова сдался – его голова лежала на стойке.

– Кто этот парень? – спросил Дэвид.

– Его зовут Эдди. Заведение наполовину принадлежит его брату, так что он никогда не платит по счету.

Меня уже тошнит от него. – Абнер побрел к Эдди и обратился к нему, но тот не ответил. Абнер убрал кофейную чашку и вытер стойку рядом с Эдди, потом медленно вернулся к Дэвиду.

– Так вы отказываетесь от трехсот тысяч, – продолжил Абнер. – И какие у вас планы на будущее?

Дэвид засмеялся, пожалуй, даже слишком громко:

– Планы? Об этом я пока не задумывался. Два часа назад я, как всегда, приехал на работу, а теперь сломался. – Очередной глоток.