Противники

Еще лучше, если Вы знаете кого-то, кто принимал крейокс и заработал сердечный приступ или инсульт, тогда немедленно позвоните нам. Юрист из «Финли энд Фигг» в считаные часы приедет к Вам домой.

Не сомневайтесь. Звоните сейчас. Мы рассчитываем отсудить внушительную компенсацию.

С уважением,

Уоллис Т. Фигг.

– А Оскар это видел? – спросила Рошель.

– Пока нет. Отлично, правда?

– Это все так и есть?

– О да, миз Гибсон. Это величайший момент для нас.

– Очередная золотая жила?

– Больше, чем золотая жила.

– И вы хотите, чтобы я разослала три тысячи писем?

– Да, вы их напечатаете, я подпишу, мы разложим их по конвертам, и они уйдут с сегодняшней почтой.

– Почтовые расходы обойдутся не меньше чем в тысячу долларов.

– Миз Гибсон, в среднем дело о крейоксе может принести около двухсот тысяч долларов гонорара, и это при наихудшем исходе. А можно заработать даже четыреста тысяч на каждом деле. Если мы найдем десять пострадавших, несложно подсчитать прибыль.

Рошель подсчитала, и ее нежелание участвовать в этом исчезло. Она задумалась. Во всех адвокатских журналах и информационных материалах, которые попадали к ней на стол, она видела тысячи историй о больших вердиктах и больших компенсациях. Юристы получали миллионные гонорары.

Уж конечно, ей тоже выпишут неплохую премию.

– Хорошо, – сказала Рошель, отбросив газету.

Прошло немного времени, прежде чем Оскар и Уолли поссорились из-за крейокса второй раз. Приехав в 9.

00, Оскар не мог не заметить суету вокруг стола в приемной. Рошель сидела за компьютером. Принтер работал на полную мощность. Уолли подписывал письма. Даже Эй-Си проснулся и наблюдал за происходящим.

– Что случилось? – осведомился Оскар.

– Это шум механизмов работающего капитализма, – весело ответил Уолли.

– Что, черт возьми, это значит?

– Защита прав пострадавших. Обслуживание наших клиентов. Очистка рынка от опасных продуктов. Привлечение корпоративных нарушителей к ответственности.

– Беготня за машинами «скорой помощи», – добавила Рошель.

На лице Оскара отразилось презрение, он пошел к себе в кабинет, а потом с силой захлопнул дверь. Прежде чем он успел снять пальто и поставить зонт, у его стола возник Уолли, уплетающий кекс и размахивающий письмом.

– Ты должен прочитать, Оскар. Это великолепно.

Оскар начал читать, и морщины на его лбу становились все глубже и глубже с каждым новым абзацем.