Апостол Павел в свете Посланий

Но необходимо продолжать «держать в сладостных объятиях воспоминаний» внимающих слушателей: «Так мы, из усердия к вам, восхотели передать вам не только благовестие Божие, но и души наши, потому что вы стали нам любезны» (2:8). Поток уверений становится явно чрезмерным, ибо из него следует, что ценность «душ наших» чуть ли не превалирует над ценностью «благовести Божиего». Причем свершаются эти драгоценные дары не по усердию в Божьем повелении, но «из усердия к вам» и потому «что вы стали нам любезны».

Павел явно увлёкся в своем красноречии.

Но это ненадолго, и порыв позитивных эмоций сменяется воспоминаниями о своём тяжком «подвиге» тогдашних будней: «Ибо вы помните, братия, труд наш и изнурения: ночью и днем работая, чтобы не отяготить кого из вас, мы проповедовали у вас благовестие Божие» (2:9).

Подчёркивание тяжести своего «подвига» для Павла не просто фигура речи, но углублённое осознание своего жизненнгого предназначения: нести крест «Христовых страданий».

Как бы это не выглядело со стороны. Без свершения их он не может осуществить подлинное «христовоподобие» в Царстве Божьем. Тем же он утверждался и в несении своих телесных немощей.

Но упоминание того, «что мы сами работали», «чтобы не отягощать никого» вновь ненавязчиво противопоставляет его собственное поведение поведению Апостолов, являющихся «с важностью». Возможно, здесь вновь проявляется внутренняя неуверенность, нуждающаяся в неустанности подкрепления благостью собственных поступков.

Заключает рассматриваемый фрагмент Послания подобное судебному вердикту заключение: «Свидетели вы и Бог, как свято и правильно и безукоризненно поступали мы перед вами, верующими, и потому вы знаете, как каждого из вас, как отец детей своих мы просили и убеждали и умоляли поступать достойно Бога, призвавшего вас в Свое Царство и славу» (2:10–13). Т. е. вновь явное попытка оправдания.

Отметим: «вы знаете», повторы «и …и…и» – чисто ораторские повторы, сопровождающие всё Послание, свидетельствующие об отсутствии последующей обработки текста, после его озвучивания.

О том же говорят и очевидная нелогичность переходов между различными фрагментами и т. д. Словом, это запись речей эмоционально увлекающегося, но целенаправленного в своём убеждении проповедника, не доказывающего, но увлекающего своей убеждённостью. Но заниматься этим вне нашей компетенции.