Апостол Павел в свете Посланий

Для Павла основным знаковым отличием христианина на бытовом уровне являются новые этические принципы общежития между людьми, воспринимаемые в качестве «каждого», но в единстве существования общины («церкви») как целого. Побудительным мотивом к изменениям такого рода является «угождение Богу» согласно тем правилам, «какие мы дали вам заповеди от Господа Иисуса». И новые этические нормы формулируются Павлом по апофатическому принципу: не то, не так, как было. В качестве точки отталкивания естественно выбирается поведение язычников, реальное или предписываемое, но обязательно в негативном ракурсе: «Ибо воля Божия есть освящение свыше, чтобы воздерживались от блуда, чтобы каждый из вас умел соблюдать свой сосуд в святости и чести и не в страсти похотения, как язычники, не знавшие Бога; чтобы вы ни в чем не поступали с братом своим противозаконно и корыстолюбиво: потому что Господь – мститель за все это» (4:3–6).

Собственно, эти заповеди не отличаются от привычных верхозаветных. Да и диктуются они от имени Бога Отца, сохраняющего грозные черты карателя – мстителя за нарушение воли Его. Хотя Павел и передаёт эти функции здесь Господу.

Павел старается привить бывшим язычникам навыки их исполнения не под страхом нарушения воли Божией, но в качестве внутренней добровольности к побуждению их исполнения. Т. е. меняются не сами заповеди, но характер побудительности к их исполнения. Но еврею Павлу напоминание о наказании не кажется излишним. Да и его адресатам оно вполне понятно.

«Ибо призывает нас Бог не к нечистоте, но к святости.

Итак, непокорный непокорен не человеку, но Богу, который и дал нам Духа Своего Святого» (4:7–8). Который, заметим, судя по тексту, и является исполнителем воли Бога. Не очень ясного: Отца или Христа, с которым, обычно, связывается Дух Святой.

В своём перечислении заповедей Павел выделяет требование «соблюдать свой сосуд в святости и чести», понимая под последним физическое тело верующего, следуя и здесь правоверному иудаизму. Напомним, что иудеи (и раннее христианство) воскресение воспринимали как совместное: души и тела.

Позднейшее христианство призывало «умалять» тело, считая его темницей души. И ещё: речь идёт о соблюдении статуса избранности, общении «с братом своим».

В последующих стихах эта тема распространяется на братию «по всей Македонии», добавлением рекомендаций «стараться о том, чтобы жить тихо, делать своё дело и работать собственными руками по заповедям нашим» (4:9-11).