Вердикт

Рор казался слегка озадаченным, но не возражал. Секретарь перестал писать. Кейбл вручил краткое резюме Рору и Его чести судье Харкину. Понизив голос, он сказал:

– Ваша честь, из некоторых источников нам стало известно, что присяжный номер тридцать, Бонни Таюс, регулярно употребляет наркотический препарат ативан. Она никогда не лечилась, не подвергалась аресту и никогда не признавала своей наркозависимости. Разумеется, не призналась она в этом и заполняя анкету, и в ходе устного опроса. Ей удается жить тихо и незаметно, сохранять работу и мужа, хотя он у нее уже третий.

– Как вы это узнали? – спросил Харкин.

– Посредством проведенного нами весьма широкого опроса всех потенциальных присяжных. Уверяю вас, Ваша честь, с миссис Таюс ни в какой нелегальный контакт мы не входили.

Это Фитч разузнал. Второй муж миссис Таюс жил в Нэшвилле и работал на круглосуточной мойке трейлеров и тракторов. За сотню наличными он с радостью выложил все, что знал о своей бывшей.

– Что вы думаете об этом, мистер Рор? – спросил Его честь.

Не колеблясь ни секунды, Рор солгал:

– У нас тоже есть такая информация, Ваша честь, – и послал ехидный взгляд Джонатану Котлаку, который, в свою очередь, переадресовал его другому адвокату, ответственному за группу, в которую входила Бонни Таюс. Они потратили на работу, связанную с отбором жюри, миллион долларов, а эти дармоеды упустили такой важный факт.

– Прекрасно. Присяжный номер тридцать исключается по определенной причине.

Возобновите ведение протокола. Присяжный номер тридцать один.

– Вы позволите нам прерваться на несколько минут, Ваша честь? – попросил Рор.

– Да. Но только очень ненадолго.

Итак, отработано тридцать номеров. Десять присяжных утверждены. Девять отведены истицей, восемь – ответчиком, три – судом. Непохоже, что дело дойдет до четвертого ряда, поэтому Рор, у которого остался в запасе лишь один отвод без объяснения причин, указал на присяжных с номера тридцать первого по тридцать шестой и шепотом спросил у сгрудившихся вокруг него помощников: «Который самый поганый?» Все единодушно ткнули пальцами в номер тридцать четыре – это была огромная злобная белая тетка, которой они боялись с самого первого дня.

Звали ее Уайлда Хейни, и месяц тому назад все они поклялись не допустить Ужасную Уайлду в жюри. Посовещавшись еще немного, решили согласиться на номера тридцать один, тридцать два, тридцать три и тридцать пять.