Дом окон

По крайней мере, так сказал мне его лучший друг. Да, я общалась с лучшим другом Теда, его зовут Джин Ортиз. Хотя, как он мне сказал, все зовут его Дятлом. Я связалась с ним после исчезновения Роджера, когда старалась найти объяснение всему, что произошло. Мне надо было кое-что узнать о Теде, о его службе в Афганистане, поэтому я, проведя небольшое расследование, выяснила, кто был командиром его подразделения, и позвонила ему. Когда он узнал, что ему позвонила мачеха Теда, он сделал все возможное, чтобы мне посодействовать.

Разумеется, потому, что он не мог увидеть меня вживую и подумать: «И это мачеха Теда Кройдона?» Я боялась, что он сочтет мою просьбу поговорить с сослуживцами Теда дикой, но он ответил, что все понимает. По словам командира подразделения, специалист Ортиз с моим пасынком были не разлей вода и потому будет рад предоставить любую информацию, которая мне может понадобиться. «И, миссис Кройдон, – добавил он, – хочу от себя и от лица всего подразделения выразить соболезнования по поводу смерти Теда. Ваш пасынок был образцовым солдатом. Кажется, не было никого, кто не проникся к нему уважением. Для меня была большая честь и удовольствие служить с таким человеком». Я поблагодарила его. Было приятно слышать эти слова. Командир подразделения добавил, что передаст специалисту Ортизу, чтобы тот ждал моего звонка и оказал содействие по любым вопросам.

Я не ожидала, что буду нервничать перед звонком. Руки так сильно тряслись, что мне пришлось четыре раза перенабирать номер. Тогда я не знала, сколько всего рассказал Тед своему лучшему другу, но вряд ли его рассказы были лестными.

По словам Джина, так и было; он, однако, сообщил только то, что Тед был очень, очень зол на меня. «Почти так же, как и на своего старика», – добавил он. К счастью, для Джина это не имело никакого значения. Он был признателен за то, что я хочу больше узнать о жизни Теда. Мы болтали добрую пару часов: о Теде, о том, каким он был, его безумных выходках, о том, как они с Джином стали друзьями. Джин неохотно говорил об Афганистане. Их подразделение заслали вперед основного наступления, чтобы, как он выразился, «подготовиться к тусовке». «Мазари-Шариф, Кабул, Кандагар, Тора-Бора, да где угодно – мы были первыми. Мы выполняли свой долг, и я горжусь своей работой; в то же время я счастлив вернуться домой. И мне жаль, что ТиДи не вернулся со мной». Так они его звали: ТиДи.

После долгих уговоров мне удалось убедить Джина рассказать о последнем дозоре Теда.