1000 миль на байдарке «Роб Рой». По рекам и озерам Европы

Если бы он услышал, что мы взяли с собой двух домашних верблюдопардов, то, вероятно, тоже не удивился бы.

В Ашаффенбурге мы зашли в трактир, где другие гости позабавили нас почтительным любопытством. Их весьма озадачили наши одинаковые костюмы из серой фланели, похожие на некую форму. Недоумение местных жителей по поводу костюма и вопросы, откуда, почему и куда, были повседневным явлением и в течение следующих месяцев.

Легкий ветерок позволил нам выйти на Майн под парусами, хотя мы и потеряли много времени, заставляя наши байдарки делать вид, что они – парусные яхты.

В общем, я склоняюсь к тому, что если и стоит использовать на реке парус, то только при попутном ветре.

Сплавляться по Майну легко, но река не особенно живописна. В конце концов, когда пошел сильный дождь, мы решили, что настало подходящее время для обеда. Мы укрылись в какой-то унылой беседке, пристроенной к гостинице, где нам смогли предложить лишь кисловатый черный хлеб и сырое сало. Ветер, сырые плащи и барабанящий дождь, неважная еда и такое же настроение.

Пожалуй, это единственный раз, когда я так себя чувствовал, так как трудностей в этом замечательном путешествии было мало.

Скоро погода снова улучшилась и проводить время на реке стало удовольствием. Нас позабавили дикие утки, весьма нахальные в своей фамильярности, и бродившие вокруг цапли, при приближении наших лодок принимавшие вид оскорбленной невинности.

Мы решили поохотиться. Мой друг достал револьвер, а я действовал как охотничий пес, пробираясь по другой стороне реки и показывая веслом, где сидит дичь.

Мы старались изо всех сил; лорд А. долго полз к хитрой птице, но, хоть он и показал себя на Уимблдоне одним из лучших стрелков в мире, было, очевидно, что нелегко подстрелить цаплю из маленького карманного револьвера.

Вечерело, и даже довольно скучная река становилась прекрасной. Для вечернего купания нам попался тихий берег с чистым желтым песком, на котором приятно было отдохнуть, устав от плавания. На ночь мы остановились в Ханау.

Плавание следующего дня по извивам Майна не запомнилось, но было приятным. У большого замка мы заметили на реке лодку явно английского вида. Пока мы ее осматривали, подошедший человек сказал, что судно принадлежит принцу Уэльскому, «и сейчас он смотрит на вас с балкона». Это был замок герцогини Кембриджской в Румпенхейме. Вскоре на пароме через реку переправилась карета с четверкой лошадей, в которой принц и принцесса Уэльские отправились по берегу реки.