1000 миль на байдарке «Роб Рой». По рекам и озерам Европы

Однако все радости во многом зависят от верных ответов на следующие вопросы: много ли вы работали в рабочее время, чтобы иметь право играть в эти игры? Ждете ли вы свой отпуск, чтобы освежиться, или желаете убить время праздно и с комфортом? Требует ли ваше хрупкое здоровье отдыха и поправки, или вы полны бодростью и готовы насладиться активными спортивными занятиями?

Но в байдарочном походе ни непогрешимый Брэдшоу, ни его собрат Бедекер не могли помочь ни на йоту. По этой причине после Фрайбурга мои планы сводились к простой фразе: «Отправиться отсюда к истокам Дуная».

Следующее утро застало «Роб Рой» в телеге, а рядом путника в сером, движущихся по пыльной Хеллентальской дороге. Беззаботное ликование от того, что ты силен и здоров, и занят правильным делом, а впереди ждут неизведанные места, которые можно увидеть, и люди, с которыми можно встретиться, – кто может это описать? На душе легко и радостно, благодать!

Несколько миль я таким образом сочинял сам себе нравоучения, и тут меня догнала карета, полная англичан.

Мы стали компаньонами. Кое-кто считает, что англичане люди молчаливые, недоверчивые, заносчивые, хмурые и витающие где-то далеко – ну надо же! Ошибочный вердикт, это я вам говорю.

В компании с дамами мы ехали через прекрасную долину, а лодка на телеге медленно катила за нами через перевал Хелленталь, редко посещаемый путешественниками. Обычно туристы ограничиваются взглядом шпилей Фрайбурга из вагона железной дороги, проезжая его по пути в Швейцарию.

Дорога в Шварцвальд, по которой мы ехали, проходит по лесу, среди скал и в мрачноватой теснине. Впрочем, сама дорога отличная и маленькие гостиницы по пути тоже.

Дома в деревнях деревянные, и в каждом втором работает лесопилка, издающая живой, благодетельный шум, смягчаемый плеском и стуком водяного колеса. Потом туристический пейзаж заканчиваются, и вы движетесь через величественный темный океан холмов и хвойных лесов. Дома становятся все больше и больше, но встречаются все реже.

Почти у каждого дома рядом построена маленькая часовня с деревянным изображением святого в натуральную величину на фронтоне. Однажды я провел ночь в одном из этих огромных жилых домов. Когда все крестьяне вошли внутрь, они стали петь молитвы жалобным, но музыкальным тоном, а затем отправились на сытный ужин.

Наша повозка все еще ехала среди утесов, которые выступали то с одной, то с другой стороны, загораживая узкое ущелье, и были увенчаны высокими деревьями.