«Роб Рой» на Балтике

]

Хозяйка долго оставалась со мной, осматривая водное снаряжение; в конце концов я решил вернуться в гостиную внизу и угостить всех фейерверком. Я зажег кусочек магниевой проволоки, отчего раздался крик удивления, и, прежде чем он утих (или они вообще могли что-либо увидеть после слепящего света), гость-алхимик сбежал в удобную постель, предоставленную хозяином.

Рано утром на следующий день усердное гостеприимство началось со стакана шнапса, который, кажется, предшествует каждой трапезе, а также следует за ней.

Кроме того, сей предмет вмешивается под всевозможными предлогами и в другое время. Например, если вы набили рот лососем, непременное правило состоит в том, что следует и выпить стаканчик брэндивайна, и если вы встречаетесь с другом, никак не обойтись без приветственного стаканчика.

«Роб Рой» был уложен на телегу, и среди поклонов и улыбок (и, возможно, вздоха мисс К.) фермер пустил лошадь до Сулвики, а сам выступил в роли возницы, отчасти в качестве почетного сопровождения, отчасти для того, чтобы посплетничать со всеми, кого мы встретили по пути, а также провести что-то вроде общей лекции для жителей деревни на берегу прекрасного озера Элга, по которому мы продолжили свой путь.

[11 - ?lgafjorden; далее на юг плесы озера имеют свои названия. Прим. перев.]

Встречный ветер гнал волны, которые так обрушивались на палубу, что я решил причалить около замеченной неподалеку лесопилки и достать пробку, чтобы заткнуть отверстие для мачты, а также немного хлеба, чтобы остановить бурчание в собственном корпусе капитана.

Тут же вокруг собралась толпа рабочих, и я услышал: «Гуд моввнинг, капитан!» Оказалось, этот человек видел лодку несколько дней назад, когда я разговаривал с офицером ландвера и сказал ему, что я в том же чине, что и он. Таким образом, даже звание гребца-британца уже было известно на Элге. Я попросил одного парня взять на два пенни хлеба, но хозяин лесопилки прислал приглашение отобедать в его доме.

Его сын, учтивый юноша, пришел, чтобы настоять на просьбе, и большой пес Гектор проворчал то же самое.

Я все-таки сомневался, но когда к просьбе присоединилась и молодая дама, дочь хозяина, улыбающаяся и белокурая, это решило дело. Нас препроводили в прекрасный большой деревянный дом, настоящий дворец, где мистер Роден усадил голодного гребца за изысканную еду (была щука, а потом клубника и сливки).