Пассажиры

Члены жюри увидели, как команда Джека перешла к действиям, рассыпавшись по комнате с локаторами электронных устройств, чтобы отыскать местоположение камеры.

– Здесь! – крикнул один, когда его примочка запищала. – Над дверью!

Подскочив со своего места, Джек поспешил к двери, где сграбастал стул и взобрался на него. Неуверенно балансируя на нем, принялся шарить пальцами по неровной поверхности стены, пока не наткнулся на что-то слегка выпирающее. Большой экран внезапно потемнел, когда пальцы Джека сжали крохотный объектив не более полусантиметра диаметром, прежде чем сковырнуть его со штукатурки.

Волком зыркнув на предмет в ладони, Джек швырнул его на пол, слез со стула и занес ногу.

– Я бы дважды подумал, прежде чем поступить так, – осадил его Хакер. – Это будет не самое мудрое из принятых вами решений. На каждое из ваших сегодняшних действий последует противодействие.

– Джек, – обеспокоенно шепнула Мюриэл, – пожалуй, вам следует прислушаться…

– Они знают, как мы выглядим и кто мы, – заартачился тот.

 – Мы должны пресечь это в корне. Мы не можем позволить себе выказать низкопоклонство.

Ухмыльнувшись в объектив, Джек наступил на камеру, для верности покрутив на ней каблуком. Экран погас. Однако на место прежнего тут же выскочило новое изображение комнаты и людей в ней, на сей раз под другим углом. Ухмылка сползла с лица Джека.

– По-вашему, я установил только одну камеру? – поинтересовался Хакер. – Я как-то даже обижен, что вы считаете меня лентяем. На самом деле по этой комнате рассеяны десятки камер; до некоторых вы сумеете добраться, до других – нет.

Но на данный момент это самая ничтожная из ваших проблем. Вы меня поняли?

Джек едва заметно кивнул.

– Так что перейдем к повестке дня. Я захватил контроль над восемью вашими автономными мобилями – теми самыми автомобилями, о невозможности взлома которых ваше правительство клятвенно заверяло, – и могу распоряжаться ими по собственному усмотрению. Эти Пассажиры представляют различные срезы современной британской жизни.

Некоторые из них – родители, некоторые – дети. Самой младшей чуть за двадцать, самым старшим за семьдесят. Некоторые трудоустроены, некоторые нет. Некоторые родились и воспитаны здесь, некоторые прибились к этой некогда великой, но ныне расколотой стране. Шестеро из них были выбраны с умыслом, а двоим остальным не повезло оказаться в неподходящем месте в неподходящее время, потому что им потребовалось такси, и для меня они такие же незнакомцы, как и для вас.