Лайф Квест

Вот только для нее, для Кристины, это не новость. Она все это уже видела.

Как видела собак, повешенных на деревьях, собак с отрубленными головами и собак, с которых заживо сдирали кожу. Видела детей, насмерть забитых собственными родителями. Видела много всякого разного, способного шокировать взрослого, не только девочку – подростка.

Кто и зачем ей все это показывает? Кристина не знает. Но в такие минуты ей очень больно, и она беззвучно плачет.

Тогда появляется Канг, кладет невесомую голову ей на грудь, и сердцу становится легче.

– Канг, зачем мне это видеть? – шепчет Кристина. Хотя знает, что он не ответит. Собаки не разговаривают. Даже такие необычные, как ее верный друг.

Быть может, они просто мудрее людей и знают, что от разговоров мало толку.

Она и сама с детства не любит пустую болтовню. Особенно с надоедливыми взрослыми. У мамы всегда было много подруг. Шумные, назойливые, приходя в гости, они первым делом кидались к маленькой Кристе. Та стойко переносила домогательства, но никак не могла понять, почему они коверкают язык, сюсюкают и обращаются с ней, как с умственно отсталой.

– Ну, расскажи стишок, Кристиночка.

– Не хочу.

– Такая большая девочка, ты уже должна знать стихи! Сколько тебе лет? Покажи на пальчиках.

– Мне три года.

– Смотри – ка, какая серьезная! Как большая, – умилялась очередная гостья. И начинала приставать с объятиями или того хуже – с поцелуями. Не догадываясь, очевидно, насколько неприятны маленькому человеку запахи чужого тела, настоянные на крепких духах, и прикосновения чужих, напомаженных губ.

То ли дело, когда на руки брал дедушка. Он был большой и добрый, от его рубашки приятно пахло утюгом и одеколоном. Дед часто сажал внучку на стол, сам садился рядом на стул и читал ей книжки.

Он единственный из всех взрослых видел Канга. А, может быть, не видел, а просто подыгрывал. Она любила дедушку больше всех на свете, а он взял и умер.

И тогда Кристина замкнулась в себе.

Отвечала на вопросы, но очень неохотно и не с первого раза.

По совету подруг мама отвела ребенка к психологу.

Им оказался высокий, худощавый мужчина с тихим голосом и светлыми добрыми глазами за толстыми очками.

Дедушка тоже носил очки, только у него они были еще толще. И все равно, ему приходилось, читая, водить по странице носом. Так плохо он видел.