Дракон не дремлет

– В любой исторической книге ты прочтешь, что первый Константин умер в своей имперской постели и уберег оба глаза. И если не считать Констанция, который ничего не мог поделать со своей природой, думаю, императоры старались возродить лучшее, что было в правление Божественного Основателя. Магия имен, если хочешь. Это трудно считать непочтительностью. Даже если это не помогло третьему Константину, шестому и седьмому.

Димитрий кивнул:

– Спасибо, Лукиан.

– Не за что, Димитрий. – Оба носили длинные официальные титулы, но в личном разговоре можно было обходиться именами.

Дими повернулся к выходу.

– Димитрий…

Он обернулся. Евнух на табурете казался тощей белой птицей. Свет лампады звездами вспыхивал в его очках.

– …вполне подходящее имя для императора.

Дими кивнул и ушел к себе, гадая, знает ли Лукиан, о чем он думает, если ему самому это не вполне понятно.

– Ложись! Vite! Быстро!

Услышав шепот Шарля, Дими бросился на живот и тут же пожалел, что не надел бригандину[17 - Бригандина – доспех, в котором металлические пластины наклепывались под стеганую основу.

]. Впрочем, кожаный дублет легче и двигаться в нем проще.

Рядом Шарль медленно приподнял голову над недостроенной стеной, за которой они прятались.

– Вроде все ушли. Готов?

Дими встал на четвереньки.

– Готов.

– Тогда давай.

Они перелезли через стену – две скользящие тени в осенних сумерках.

Сегодня они играли в Великий Набег. Недостроенный дворец был замком чародея в Срединной Африке, Дими – Ричардом Львиное Сердце, а Шарль – Юсуфом ан-Насиром.

Дими хотел был восточным государем, но Шарль не пожелал быть англичанином, даже великим.

Все остальное было просто. Работники – зачарованные стражи черного колдуна – обладали глазами василисков: если государей заметят, им конец. Кабинет наместника – убежище чародея, и если они доберутся туда живыми, то добрая дамасская сталь, меч и ятаган, покончат с демоном.

Они перебегали по склону, перебираясь через строительные леса и брошенные инструменты, замирая при звуке голоса и движении тени.

Лестница не охранялась, и они тихо спустились по ней, два государя в башмаках с мягкими подошвами.

– Здесь, брат мой Юсуф, – прошептал Дими, – мы должны разделиться, чтобы нас не убили вместе у самой цели.

– Oui, C?ur-de-Lion[18 - Да, Львиное Сердце (фр.).]. – Шарль говорил не по-арабски, но это не имело значения. И волосы у него были достаточно темные для турка, такие же темные, как у Дими.