Слабым здесь не место. Охота

Он же был максимально далек от этого.

– Следующий, – раздался приказ лейтенанта.

Тархельгас не сразу понял, что он остался последним. Несмотря на снег, холод и ветер, воющий где-то на вершине гор, его кинуло в жар, едва пришло пугающее осознание, что ему придется выйти на ристалище.

– Мне доложили о сорока четырех молодых стражах, – офицер не сходил с места и, держа руки скрещенными на груди, осмотрел строй, – но на ристалище вышли сорок три. Или я ошибся, сержант Тана?

– Никак нет, лейтенант Дхаирдэ, – ответил страж, проводивший бой.

 – Все верно.

– Тогда кому здесь нужно особое приглашение? Или вы все разом за северную стену захотели?

Новобранцы переглядывались меж собой, но все больше глаз смотрели именно на Тархельгаса.

– Иди давай, – начался шепот.

– Чего ты встал?

– Всем же влетит.

Он не понимал, отчего стоит так, словно его сапоги примерзли к земле. Ведь подобные бои не были для него чем-то новым.

Тогда почему ему так страшно? Может, оттого что в череде неудач и стремительного падения вниз он едва ли сможет изменить хоть что-то?

Тархельгаса толкнули в спину с такой силой, что он едва не рухнул в грязь, вылетев из строя. Со щитом, что тащил вниз, парень лишь чудом удержал равновесие, неуклюже оставшись на ногах.

По рядам стражей, а следом и новобранцев, послышался смех.

Лейтенант шутку, если таковая и была, не оценил.

– Сержант Карбха, кого вы привели?

– Тархельгас касты Тибурон, – ответил уже бывший глава каравана, который до сих пор оставался подле них.

 – Его не готовили стать стражем крепости. Добавили в списки по особому распоряжению королевской касты Роданга.

– Даже если его не готовили, теперь он служит крепости, – лейтенант расщедрился на пару слов. – Сержант, начинайте.

Стражнику было без разницы, с кем сражаться. Он ударил клинком по щиту и встал в позицию, ожидая, что парень поступит так же.

Однако Тархельгас лишь неуверенно добрел до своего места, не представляя, что от него требуется. Лучше бы он внимательнее смотрел за остальными, чем сокрушался по своей судьбе.

Жалостью к себе приспособиться и выжить невозможно.

– Подними щит, парень, – услужливо напомнил Тана и тут же перешел в нападение, еще до того, как левая рука Тархельгаса потащила кусок неимоверно тяжелого металла вверх для защиты.