Слабым здесь не место. Охота

Не успев подняться, с глухим ударом в Тархельгаса прилетел щит и вся одежда, за исключением меча.

– Принцесса Астисия передает пламенный привет, – заговорил Оидэ. – Покуда ты жив, мы не дадим скучать. И если вдруг подумал, что твои испытания остались позади, то придется тебя разочаровать.

Тибурон раскорячился на снегу, сплевывая кровь, практически не слушая их.

– Одевайся. – Арихард пнул его в бок, нисколько не пытаясь смягчить удар. – Теперь мы втроем повязаны.

Так началось служение Тархельгаса в крепости Воющего Ущелья.

Хотя на деле это походило на бурлящий котел, что стал для него реальным.

Глава четвертая

Сложно оспорить факт того, что видовое разнообразие существ долин Лагигарда поражает своей радикальной вариативностью и уникальностью, какой аспект мы бы ни взяли для рассмотрения.

В тех землях можно найти созданий, чье существование противоречит здравой логике. Таких как хэос (гниющий) и его восстановленную форму – хадхэн хэотаг (костяник), с их возможностью к видоизменению после поедания мертвой плоти.

Или глас фамхаир (серые гиганты), способных выживать в лютые морозы высоко в горах без еды и воды. И полную им противоположность – фуакор (упырь), распространяющих вирус, что плодит себе подобных из любого живого существа. Не стоит также забывать о бхуид урнаих (молельщицы) – женщинах, которые, по преданиям, помнят слова молитвы безликих жрецов, а на деле не имеют с человеком ничего общего.

Однако из всего вышеперечисленного я привык выделять вид, который считаю особенным и, возможно, самым древним, что появился на просторах мира Рогарридала.

Наоидхеан Фала Геалаич (НаоФалГеа) – дитя кровавого луна, или, как жители долин его называют, волколак, – изначально не был отдельным видом существ. Мои исследования показывают, что это последствия стремительной мутации вследствие внешнего воздействия на окружающую среду после обрушения молитвы жрецов.

Не открою тайну, сказав, что воздействию подверглись именно волки, обитавшие в тех суровых краях, которые сами изменений не претерпели.

Как ни удивительно, решающим в этом вопросе стало появление человека.

Укусы таких зверей порождали в теле вирус, что преображал людей, обращая их в наофалгеа. После сами носители вымерли, отчего невозможно и по сей день отыскать ни живых особей (изначальных волков), ни их тел.

Но, несмотря на десятки фактов, это предположение остается лишь теорией.