Тень Буревестника. Часть 1

Плащ с капюшоном поверх седовласой макушки, неряшливая седая бородка и, несмотря на возраст, живые, искрящиеся весельем голубоватые глаза. Иссохшее пергаментное лицо растянулось в широкой улыбке, демонстрируя жёлтые пеньки зубов.

– Здоровеньки, малой! Неужоль вернулся? – прошамкал Дженкинс высоким, скрипучим, как старая телега, голосом. – А я уж думал, помру, не увижу больше Львёнка! Ну, иди сюды, обними старика на радостях.

– Брось, Дженкинс, – улыбнулся Лео. – Рановато тебе ещё на тот свет.

Они тепло обнялись.

От старика веяло средством от моли и кислым элем.

– Да куда уж мне, заждалась, поди, старуха Сатира[21 - Сатира – богиня смерти, хранительница врат между мирами живых и мёртвых.]. Ну-с, пойдём-ка, присядем, а то ноги уже не те. Расскажешь старику, пошто вызвал.

Опираясь на клюку и переваливаясь с ноги на ногу, Дженкинс двинулся в сторону кровати, но внезапно оступился. Львенок успел подхватить его под руку и помог дойти, затем разлил вино и, вручив бокал гостю, рассказал о пропавшем заказчике.

– Квартал Воздушных Садов? Ничоси! Хороших ты себе заказчиков выбираешь, Лео, – пробубнил Дженкинс и отхлебнул вина. – Хм, хм… Нет, не слыхал я о таком, да и заказов на его головушку не было, уж поверь. Знаю кой-чего другое, хотя слова-словечки-шепотки денюжек-то стоят! Но Силикус с тобой, сюды слухай. – Старик наклонился и зашептал Львёнку в ухо. – Насчет твоегошного дворянчика не знамо, зато про других наслышан. Люд пропадает по всему граду, говорят, даже королевские шпики из МРУ[22 - МРУ – сокращение от Meero Reinstun Ultas, что дословно со старосемерийского переводится как «Силу дарует знание».

МРУ является секретной королевской службой, специализирующейся на безопасности государства и отстаивании государственных интересов по всему миру.] принюхались. Слушок есть один-одинёшенек, о том, что пропал из башенки магиков спышочек какой-та, кому-то продан был на Чёрном Рыночке, опосля всё и началось! Но что за спышочек, я тебе не кажу, ибо не ведаю. Стоит за пропажами энтими кто-то большой да сильнючий – ух! Ни шледов, ни зацепочек. Чиштющая работа! А Братства наши тут не при делах. Так что крутятся вокруг делишки твоейной и шпиёны, и магики, и вроде бы даже церковнички. Чагой тут думать-то? Мой тебе совет, сынок: брось ты эти поиски. Гиблое оно, дело это…

Дженкинс прочистил горло.

– По твоему вопросу – усё. Надеюсь, помог, чем смог.

Львёнок вымученно улыбнулся, вздохнул.

– Ладно, спасибо Дженкинс. Буду думать.