Очарование тайны. Эзотеризм и массовая культура

В этой диалектике природы и большого города, объединяющей достаточно разных людей, есть что-то значимое, характеризующее общий нерв прозы черных фантастов. Возможно, именно в городе они интуитивно ощущали апофеоз современности, того мира, который был им внутренне глубоко чужд.]. В самых известных его произведениях, как и в третьей части биографии, Лондон выходит на место главного героя: его мрачные лабиринтообразные улицы, перемежающиеся кварталы центра и пригорода, загадочные дома создают впечатление города «великого, как Вавилон, грозного, как Рим, прекрасного, как погибшая Атлантида»[63 - Мейчен А.

Сад Аваллона: Избранные произведения. М.: Энигма, 2006. С. 591.]. Мейчен любил ходить пешком и обошел почти весь Лондон. Жил он очень скромно, поскольку денег едва хватало[64 - Вот как в воспоминаниях он пишет о своем первом жилище: «Оно находилось на самом верху дома и было много меньше, чем любая монастырская келья, виденная мной когда-либо. В комнате стояли кровать, умывальник, маленький столик и один стул; поэтому мне очень повезло, что у меня было мало посетителей. Снаружи, на лестничной площадке, я держал большую деревянную коробку со всеми пожитками, их было совсем немного… Вдоль стены висела стремянка, по которой можно было забраться через люк на крышу в случае пожара, и между ее перекладинами или ступенями я разместил свою библиотеку… В моей комнате не было камина, и мне часто было очень холодно. Я сидел в своем старом поношенном пальто, читал или писал, если писал, то время от времени вставал и грел руки над газовой горелкой, чтобы пальцы не онемели» (Machen A. Far Off Things. P. 116).]. Переживания его в те годы хорошо иллюстрирует тот же «Холм грез»: подавленный одинокий молодой человек, ищущий в своем внутреннем мире смысл жизни, которого не может отыскать во внешнем. Сами погружения во внутренний мир неверно считать простым эскапизмом, произведения писателя создают впечатление какой-то сложной практики, похожей на визуализации или работу с активным воображением, открывающие человеку грань между внутренним миром и Иным. В те годы первым его заработком были переводы: «Гептамерон» Маргариты Наваррской, средневековые повести и двенадцать томов воспоминаний Казановы появились по-английски благодаря его усилиям. Просиживание в библиотеках и увлечение старинными текстами снискало Мейчену репутацию в кругах британских библиофилов.

Черная полоса в жизни завершается, когда в 1895 году издательство «Редуэй» нанимает его на редакторскую работу.