Новые и новейшие работы 2002—2011

Внутренний полемический накал Твардовского по отношению к Симонову возникает в особом литературном пространстве.

Считая, можно думать, поэзию, созданную до середины 1930-х, негодной к употреблению (примечательным образом совпадая с самооценкой Пастернака – «Я не люблю своего стиля до 1940 года») – во всяком случае, в целом, нетронутом виде, Симонов рассматривает ее как вторичное сырье, годное для переплавки в другую, новую поэзию.

Так он относится к Пастернаку.

Стих 3-й главки третьей части «Лейтенанта Шмидта» стал камертоном поэмы Симонова «Первая любовь» – первой попытки совместить лирику с сюжетным повествованием, упрощая, перелагая для бедных опыт великих современников.

Он вдруг устал от душной темноты.

На глубине за дальними песками

На якорях стоявшие плоты

Всю ночь ему моргали огоньками.

<…>

Так низко проплывают облака,

Что можно лежа зацепить руками,

На мачтах два зеленых огонька,

Как лампочки, висят под облаками.

Строфы из «Спекторского» использованы в той же поэме Симонова; для того чтобы это увидеть, можно, в сущности, сопоставлять наугад, почти без выбора (весь этот материал мы оставляем за пределами этой статьи). Несомненно, под впечатлением героя поэмы, которого автор называет Сергей, Сережа, а также под впечатлением пастернаковского изобилия предметов и образов (как бы излишнего для одного поэта) Симонов пишет в 1938 году небольшую поэму «Сережин сон», где приспосабливает героя кончившейся «беспредметной» эпохи к точному заданию нового времени.

Чужая улица теснится

За узким броневым окном.

Сережа спит. Сереже снится,

Что он водитель в головном.

<…>

Ударившись о край постели,

Сережа вскрикнул и не смог

Проснуться. Каждый мускул в теле

Был словно заперт на замок.

Сон не пускал его обратно.

Кровать. Походный лазарет.

Прибит на стенке аккуратно

Пассионарии портрет.

В отличие от дневного – неурочного и никуда, так сказать, не ведущего – сна в «Спекторском», за который герой себя корит («И дернуло ж вас днем на боковую»), у юного героя Симонова правильный ночной сон – он участвует в боях в Мадриде. Правильно и его пробуждение: его Испания из сна перетекает естественным образом в явь:

На улице сухое лето,

В Москве мадридская жара.

Хвосты дежурят за газетой

Чуть не с восьми часов утра.