Россия. Погружение в бездну

В целом курс косыгинской реформы был направлен на демократизацию экономики, что являлось важнейшим велением времени.

Результаты не замедлили сказаться. Н. И. Рыжков, работавший в ту пору на Уралмаше, свидетельствует: «Косыгинская экономическая реформа 1965 года дала заметный толчок буксовавшему народному хозяйству. Только за восьмое пятилетие объем промышленного производства вырос в полтора раза, производительность труда – на одну треть. Темпы роста товаров народного потребления наконец-то сравнялись с темпами роста средств производства, которым всегда отдавалось предпочтение»[27 - Р ы ж к о в Н.

И. Десять лет великих потрясений. М., 1995. С. 44.]. В итоге «происходившее три предыдущие пятилетки снижение темпов роста производства было на время приостановлено»[28 - История России. ХХ век. С. 578.]. Магазины стали наполняться товарами, что людей очень радовало и вдохновляло даже на сложение виршей:

А нынче, как знаменья знаки,

Я обомлел, узрев в хозмаге

Линолеум семи сортов,

Фаянсовые унитазы,

Канистры, мясорубки, вазы,

Обои всяческих цветов.

Россия устремилась в быт,

Спустилась наземь с небосвода.

Что делать, если так велит

Инстинкт великого народа!

    (Ст. Куняев)

Реформа, к сожалению, так и не состоялась. Ее заметно стали тормозить и свертывать в конце 60-х годов[29 - Рыжков Н.И. Десять лет великих потрясений. С. 45.]. Причин тому было несколько. Одна из них заключалась в том, что демократизация экономики, по верному замечанию Н. И. Рыжкова, «вытягивала за собой демократизацию общества»[30 - Там же.

], не входившую в планы правящей верхушки.

Следует далее сказать, что партийно-хозяйственная номенклатура не поддерживала экономические нововведения, поскольку в случае успешного проведения реформы она утратила бы не только контроль над экономикой, но и все сопряженные с этим контролем личные выгоды. Вместе с тем «хозяйственная реформа 1965 г., оживившая товарно-денежные отношения в стране, дала мощный импульс собственническим ориентациям номенклатуры»[31 - История России.

ХХ век. С. 573.], которая, почувствовав дурманящий запах собственности, прочно связала с ней свою судьбу.

Отступление от экономической реформы произошло без каких-либо затруднений, ибо она не сопровождалась преобразованиями в политической и социальной сферах. Отказ от нее означал, что кремлевская верхушка ради собственного покоя и самосохранения оставляет систему нереформированной[32 - З ю г а н о в Г. А. Я русский по крови и духу. М., 1996. С.