Алый Глаз Демона

Черт сломит обе ноги, хвост и рога, пока разберется, где обман, а где истина. К тому же идти на контакт с дознавателем вполне резонно для собственной выгоды. Знай только выдавай ему крохи, чтобы утолить голод.

– У меня оставалось достаточно времени, чтобы самому пройтись по городу и прикупить пару вещиц в дорогу.

Тирон не успел задать свой вопрос, а я уже протягивал ему сумку, где помимо бутылок лежали пачки сигарет, книги и мужские журналы.

– Путь долгий, а вашим людям, как вы того не хотели бы признавать, будет нужен отдых.

Майор раскрыл сумку, изучая то ее содержимое, то меня.

– Подобные вещи лишь подорвут дисциплину.

– Во время войны только такие маленькие радости и помогали мне вести людей в атаку и поддерживать моральный дух в тесных промерзших окопах, – тут я не врал, делился опытом из жизни. – Выпивки не так много, чтобы экипаж и отряд могли надраться, но зато этого достаточно, чтобы согреть душу и отогнать дурные мысли.

Тирон молчал, уже и забыв о причине своего недовольства. Содержимое сумки отвлекло его внимание, как и было рассчитано.

– И тем не менее я конфискую это, – заговорил майор, но мои слова возымели нужный эффект. – Попридержу все у себя на случай, если ваши прогнозы касательно нашего путешествия сбудутся.

– Как сочтете нужным.

Я уже понадеялся, что допрос закончен и пора переходить к финальной части, как рядовой Стрикхарс заговорил без дозволения Тирона.

– Вы сняли женщину, но не спали с ней.

Так вот, значит, кто следил за мной. Майор поступил верно, предположив, что я ослушаюсь приказа. К тому же Стрикхарс оказался хорош в своем деле, раз я не заметил его. Это нужно учесть на будущее.

– О жизни, – мой ответ прозвучал немного резко, заставив его вспомнить ствол у горла. – Мы беседовали о жизни. Видите ли, рядовой Стрикхарс, во время артобстрела под Асурдином я получил ранение весьма скверного характера.

Делая вид, что меня задевает эта тема, я резко дернул за ремень.

– Отставить, лейтенант, – вмешался Тирон. – В этом нет необходимости.

И почему для всех мужчин вопросы, касающиеся их утраченного или недееспособного достоинства, столь щекотливы, что они предпочитают об этом не говорить и уж тем более не показывать?

Смерив Стрикхарса недобрый взглядом, я взял себя в руки, обратившись к майору.