Последний путь Демора. Книга Дэлиграта

Летар выполнял приказ с похвальной быстротой. Там, где осыпались стены, уже работало семейство невысоких пушистых коренных жителей этого маленького мирка либо сами маги.

На Дэлиграта никто не обращал внимания и, лишь заметив татуировку на правой руке, Бойцы пытались приветствовать его, но, будучи в замешательстве, не могли сказать ни слова. И только один человек преградил ему дорогу.

– Прошу тебя, Дэлиграт, не делай задуманного тобой.

– Эркиса, дай пройти. Мне некогда сейчас выяснять с тобой отношения. – Он заметил торчащие из-за спины рукоятки ножей кукри.

– Не стоит пренебрегать даром прорицания…

– Прекрати, – Дэлиграт добавил в голос толику злости, – ты не хуже меня знаешь, что будущего не существует. Или ты сама стала забывать то, чему обучаешь учеников? Те фрагменты, которые ты видишь, могут осуществиться лишь с небольшой долей вероятности. А наблюдать за тропами судеб ты не в состоянии. К тому же, если ты не забыла, Демор сам вершит свою судьбу, у него нет заранее написанного пути.

– Ты говоришь так, будто читаешь лекцию своим ученикам. Так складно и четко. Но как же те, кто будет окружать Демора? – Она все же старалась остановить его, и это было на нее не похоже.

– Он волен изменить их судьбы тоже.

– Убив их раньше времени?

Сопутствующие потери, только и всего. Для Демора они мало что значили.

Он попытался пройти дальше, но хрупкая рука упала на его грудь.

– А что, если я скажу, что есть, – как ты говоришь, – вероятность смерти Демора?

– Эркиса, не заставляй меня жалеть о том, что позволил тебе здесь остаться.

Она сразу убрала руку, а потом заговорила сама.

– Ты до сих пор не простил меня? Но почему? А как же Сектор, Хедсер, они ведь тоже не были честны с тобой… – она говорила уже сквозь слезы. Это не могло разжалобить Дэлиграта – сущность Демора давала о себе знать. Холодное защитное безразличие ко всему, что не касалось миссии.

– Это было давно, причем по юношеской глупости. Но замечу, что они не пытались убить меня. – Дэлиграт причинял ей боль. Он причинял ее всем, кого когда-либо пытался полюбить. Но насчет Эркисы он был прав.

– Считай меня предательницей! Презирай меня! Но останься здесь, не покидай Одинокой Горы! Так у меня хоть будет шанс, что ты простишь меня… Иначе, Дэл… – Она притихла. – Мертвые прощать не могут. Я видела, что ты погибнешь…

Демор таким словам не удивился.