Сверхъестественное. Ночной кошмар

– Наверное, это резервуар с углекислым газом. Как насчет бутилированного?

Дин кивнул, выбивая пальцами дробь по стойке.

– Местное? Импортное? Из мини-пивоварни?

– Начнем с местного, а там поглядим.

Бармен выудил из-под стойки коричневую бутылку с длинным горлышком, сбил крышечку, выпустив тонкую струйку пара, и подтолкнул бутылку вместе со стаканом к Дину. Тот решил обойтись без посредников и поднес горлышко к губам. Наклонил бутылку и… ничего не вылилось.

– Какого черта? – вопросил Дин.

– Что случилось?

– Она пустая.

– Не может быть.

Дин перевернул бутылку над стаканом – ни единой капли.

– Дай-ка эту попробую. – Бармен взял другую бутылку, взболтнул – жидкость внутри заплескалась о стенки.

Он сбил крышечку и наклонил бутылку над стаканом. Над горлышком поднялись струйки пара и рассеялись. Несколько капель пива упали на дно стакана и немедленно испарились. Бармен оттолкнул пустую бутылку и взял третью, потом четвертую – все разных марок – безрезультатно.

– Банки, – выпалил Дин.

Бармен открыл дверь в подсобное помещение и вынес упаковку из шести банок:

– Только сегодня привезли.

Он дернул ушко первой банки, и оба услышали шипение пара. Банки одна за другой оказывались пустыми, едва их наклоняли над стаканом.

– Быть такого не может, – помотал головой Дин.

– Прости, – проговорил бармен. – И что делать?

– Еще что-нибудь попробуй, – подсказал Дин. – Что угодно. Виски, ром, водку. Персиковый шнапс, в конце концов.

Все то же самое.

– Не могу объяснить, как так вышло, – изумленно заметил он. – Что бы это значило?

Дин заметил, что слабый звук, издаваемый телевизором, изменился. Он поднял голову и увидел, что футбол сменили новости. Симпатичная дикторша лет тридцати что-то говорила, а бегущая строка, ползущая со скоростью улитки, сообщала, что мировой запас алкоголя стал крайне неустойчив.

– Звук! – потребовал Дин.

Бармен прибавил громкости.

– …научная общественность поставлена в тупик внезапной и полной испаряемостью алкоголя любых видов.

Дин вытаращил глаза:

– Да ты шутишь!

– Моя семья владеет этим баром шестьдесят лет, – мрачно проговорил бармен. – И все рухнуло?

Дикторша жизнерадостно продолжала:

– …встретить новую реальность: мы стали единственной во всем мире нацией трезвенников.

– Она улыбается! – Дин в негодовании ткнул пальцем в экран.