Последняя колония

Мне необходимо поработать над техникой продолжительных свиданий.

– Замечательно.

Я повернулся к Джейн:

– А какие планы у тебя?

– У меня назначена встреча с генералом Сциллардом. Он хочет получше разобраться в ситуации.

Сциллард являлся ни больше ни меньше командующим Специальными силами.

– Ладно, значит, ты тоже отпадаешь, – подытожил я.

– А что вы собираетесь там делать? – спросила Джейн.

– Мы отправляемся навестить родителей Зои, – ответил я. – Тех, других.

Я стоял перед могильной плитой, на которой были высечены имена отца Зои, ее матери и самой Зои.

Дата смерти Зои, определенная на основе ошибочного предположения, что она погибла во время нападения на колонию, была, как мы прекрасно знали, неверна, как, впрочем, и дата смерти ее отца (хотя эта ошибка была не столь очевидной). Конец жизненного пути ее матери был обозначен точно. Зои присела на корточки, чтобы вплотную приблизиться к этим именам. Хикори и Дикори включили свои электронные личности, чтобы испытать десятисекундный экстаз от сознания того, что они находятся возле итоговой вехи жизненного пути Бутэна. Сейчас, отключив имитаторы, они с безразличным видом стояли поодаль.

– Я помню, как была здесь в прошлый раз, – сказала Зои.

Букетик цветов, который она принесла, лежал на могильном камне.

– Это было в тот самый день, когда Джейн спросила меня, хочу ли я жить вместе с вами – с нею и с тобой.

– Да, – отозвался я. – Ты узнала, что будешь жить со мной, даже раньше, чем я сам узнал, что буду жить с тобой и с Джейн.

– Но я-то думала, что у тебя и Джейн любовь. Что вы давно уже решили жить вместе.

– Насчет любви ты не ошибалась, – подтвердил я. – И жить вместе мы решили уже давно. Но все это было очень непросто.

– Все в нашей маленькой семье непросто, – вздохнула Зои. – Тебе восемьдесят восемь лет. Джейн на год старше меня. А я – дочь предателя.

– Ко всему прочему, ты единственная девочка во вселенной, имеющая личный эскорт из обинян, – добавил я.

– Кстати, о сложностях, – сказала Зои.

 – Днем я нормальный ребенок. А по ночам превращаюсь в объект поклонения целой иноплеменной расы.

– Бывает положение и похуже.

– Наверное, – кивнула Зои. – А вы считали, что, раз мне поклоняется разумная раса, я буду все время отлынивать от домашних дел? Не надейтесь, я это хорошо замечала.

– Мы не хотели, чтобы это вскружило тебе голову, – коротко объяснил я.

– Спасибочки, – бросила она и указала на надгробный камень.