Две крепости

Когда они подошли, стали видны огненные вспышки в их глазах.

– Хууум, хом! Мы идем, мы, наконец, идем! – воскликнул Фангорн, завидя хоббитов. – Мы идем! Мы идем на Изенгард!

– На Изенгард! – закричали энты на множество голосов.

– На Изенгард! – С этим кличем колонна энтов двинулась на юг.

На Изенгард! Его оплот

Могуч и холоден, как смерть!

На Изенгард! Вперед! Вперед!

Разрушим каменную твердь!

Идем, идем, идем на бой

Со злом, укрытым за стеной!

В ветвях клокочет сила сил,

Вскипает лиственный покров!

В сплетениях древесных жил

Пылает пламенная кровь!

На Изенгард! Да сгинет враг!

Мы смерть несем – за шагом шаг!

С сияющими глазами Брегалад встал в строй рядом с Фангорном.

Тот опять посадил хоббитов себе на плечи, и теперь они, гордо задрав носы, с колотящими сердцами, возглавляли колонну.

– Быстро энты решились, правда? – спросил Пиппин через некоторое время, когда голоса смолкли и были слышны лишь удары рук и ног.

– Быстро? – переспросил Фангорн.

 – Да, пожалуй. Быстрее, чем я ожидал. Я не видел их такими уже много веков. Мы, энты, не любим, когда нас будят, и мы никогда не поднимаемся, если только нашим деревьям и нашей жизни не грозит великая опасность. Такого не случалось в лесу со времен войны Саурона с Людьми из?за Моря.

– Вы действительно хотите сломать ворота Изенгарда? – спросил Мерри.

– Хо! Мы их обязательно сломаем! Вы, должно быть, не знаете, энты очень сильные. Слышали о троллях? Но тролли – лишь подделка под нас, созданная Врагом во время Великой Тьмы, как орки – подделка под эльфов.

Мы сильнее, чем тролли. Мы – кости земли! Если наш разум пробужден, мы можем крошить камни, как крошат их древесные корни!

– Но ведь Саруман попытается остановить вас?..

– Хум, хм, а, да, это так. Я долго думал об этом. Но, видите ли, большинство энтов моложе меня на много древесных жизней. Теперь они пробуждены и думают только об одном: как бы разрушить Изенгард. Но они остынут, когда мы примем вечернее питье.

А пока – пусть идут и поют! Перед нами долгий путь, а время для размышлений еще будет.

Фангорн шагал со всеми, и его голос присоединился к поющим. Но скоро он замолк, и Пиппин увидел печальный взгляд, печальный, но отнюдь не несчастный. В нем был свет, как будто зеленое пламя погружалось в глубины мыслей энта.

– Может быть, друзья мои, – медленно произнес он, – мы идем на смерть, быть может, это последний поход энтов, хум, хм.