Хоббит

Перед долгой дорогой я предпочту яичницу из шести яиц с ветчиной, причем не пережаренную и чтоб желтки были целы.

Все стали заказывать хоббиту завтрак и никто даже не сказал «пожалуйста» (что очень разозлило Бильбо), а потом дружно отправились спать.

* * *

Бильбо изрядно повозился, приспосабливая свободные комнаты и чуланы под спальни и расстилая постели на скамейках, диванах и даже табуретках. Потом он пошел спать сам, страшно усталый и без всякой радости. Единственное, о чем он подумал – он вовсе не собирается рано вставать и готовить для всех завтрак.

Пока он ворочался перед тем как заснуть, туковская половина его характера постепенно слабела и, засыпая, он уже не был уверен, что отправится куда бы то ни было, когда наступит утро.

Лежа в кровати, Бильбо еще слышал, как в соседней с ним парадной спальне не то поет, не то бормочет Торин:

…Далёко за Мглистые Горы пойдем

В Поход за сокровищем прошлых столетий.

Уйдем на рассвете, пусть бесится ветер,

Забытое золото наше найдем!.

.

Сны под эту песню получились скверные и странные. Рассвет он проспал.

Глава вторая. Баранье жаркое

Когда Бильбо проснулся, стоял уже ясный день. Он вскочил, натянул халат и прошел в столовую. Там никого не было, но дикий беспорядок и горы грязной посуды на столе свидетельствовали, что здесь поспешно завтракало много народу. В кухне тоже было полно неумытых горшков, заляпанных сковородок, грязных кастрюль, – будто всю посуду, имевшуюся в доме, использовали для завтрака.

Бильбо с ужасом подумал о предстоящей немедленной мойке и уборке и понял, что вечеринка ему не приснилась. А он-то еще надеялся, что это все – дурной сон!

Единственным утешением казалось то, что гости ушли без него и дали ему выспаться («А все-таки даже спасибо не сказали!..»), но… почему-то он был этим слегка разочарован, почти обижен. Чувство было новое, в конце концов он сказал сам себе: «Не будь дурнем, Бильбо Торбинс! И нашел о чем думать: драконы и прочая чепуха в твоем солидном возрасте».

После этого он храбро облачился в передник, пошел на кухню, зажег огонь в печи и вскипятил воду. Затем сумел все убрать так быстро, что позавтракал почти вовремя. Солнце уже поднялось высоко, наружную дверь он отворил, и через нее в дом залетел приятный теплый ветерок. Бильбо даже начал что-то насвистывать, подметая последние пылинки в коридоре, и подумывать о втором завтраке у открытого окна, как вдруг вошел Гэндальф.