Хоббит, или Туда и Обратно

Не хочу никого обидеть, но разговоры разговорами, а ночь кончается. Как насчет того, чтобы прикорнуть до утра, а на рассвете и тронуться в путь? Я вас на дорожку накормлю отличным завтраком.

– Нас? – переспросил Торин. – Разве не ты Мастер Отмычка? Разве не тебе надо посидеть поразмыслить, прежде чем отомкнуть дверь? Разве не ты должен первым и войти в нее? Ну а поспать да хорошенько подкрепиться перед походом мы согласны. Мне, пожалуйста, на завтрак ветчину и яичницу из шести яиц. И непременно глазунью.

Чтобы желтки были целехоньки!

Тут посыпались заказы и ото всех остальных гномов. Причем никто из них даже не подумал сказать «пожалуйста», что очень задело Бильбо. Но обижаться было некогда – хоббит сбился с ног, отыскивая местечко для каждого гнома. Он укладывал их на скамейки, на диванчики, на сдвинутые стулья. Управившись с гостями, Бильбо в изнеможении плюхнулся в свою крохотную кроватку. Нет, ни за что он не станет вскакивать чуть свет, чтобы готовить завтрак для всей этой бесцеремонной оравы.

А о путешествии и речи быть не может!

Уже засыпая, он слышал, как Торин, занявший лучшую комнату в доме, напевает себе под нос:

Тают в тумане дальние горы,

Молчанье во мраке пещеры хранят

Закончим до ночи походные сборы,

Пойдем и отыщем потерянный клад.

Под мелодию этой песни Бильбо уснул, и во сне одолевали его кошмары. Проснулся он поздним утром.

Глава вторая

Жареный баран

Быстро скатившись с кровати, Бильбо накинул халат и поспешил в столовую.

Никого! Зато повсюду следы поспешного завтрака. В комнате был страшный кавардак, а в кухне горой громоздились немытые горшки. Ладно бы только горшки, но перепачканными оказались все тарелки, миски, чашки и блюдца. Глядя на грязную посуду, Бильбо убедился, что вечерние гости вовсе не привиделись в дурном сне, на что бедняга очень надеялся. Но, поразмыслив, он с облегчением сообразил, что они убрались из его дома, не разбудив его. «Хоть бы спасибо сказали», – с неудовольствием подумал Бильбо. Но что-то скребло у него на душе. Вот все и кончилось, не начавшись.

– Не будь простофилей, Бильбо Бэггинс! – убеждал он сам себя. – Не хватало еще в твои годы верить во все эти сказки про драконов и прочую ерунду!

И он как ни в чем не бывало повязал фартук, развел в очаге огонь, вскипятил воду и принялся мыть посуду. Потом угостил себя вкусным завтраком на кухне и отправился в столовую. Солнце было уже высоко.