Мифологемы. Том 1. Громовержец и Змей

Сомнения в собственных силах вызывали и чтения профессиональных книг и статей о мифологии, которые богато обросли терминологией. Казалось бы, в мифе все изучено и нет необходимости что-то пересматривать.

Но однажды все же я решил зайти в эти воды. Проблема была не в мифологии, а в том, что она была практически в основе всего – мировоззрения человечества, философских истин, психологии, религии. Мифология казалась краеугольным камнем массивного храма, который представлял весь исторический и культурный опыт человечества.

Все это – религия, эзотерика, теософия – было лишь надстройкой над мифологией, и ключи от большинства дверей скрыты в мифах. Мне пришлось исследовать миф, чтобы найти ответы на множество терзающих меня вопросов.

Книга родилась в определенное время и в определенном месте – в постсоветской России, которая заразилась множеством течений – религиозных, эзотерических, философских. Эти течения некогда были порождены материальным кризисом страны, выпрыгнувшей из информационного вакуума СССР.

Огромное количество религий, сект, идеологий, мировоззрений – все это представляло собой неуправляемый поток, который обрушился на постсоветских граждан как холодный душ. Как грибы росли различные эзотерические учения, обещавшие тайные знания своей пастве. Здесь были и христианская, и восточная эзотерика, секты, неоязыческие движения, псевдонаучные работы по пересмотру мировой истории, псевдоисторическая публицистика и многое другое.

В основе большинства новых учений лежала та или иная мифология, которая интерпретировалась авторами на свой вкус.

Все эти учения охотно принимались гражданами, которые давно потеряли какую-то почву под ногами.

Этот водоворот можно было назвать изначальным хаосом греческих мифов. Но вместо богов он порождал хтонических чудовищ – идеологических химер, которым было напичкано постсоветское пространство, искавшее выход из кризиса – материального и духовного. Водоворот задел умы не только граждан, но и элиты, пытавшиеся создать какую-то новую идеологию.

Поскитавшись в пучинах хаоса Россия сформировала некую общую неоднородную идеологическую субстанцию. Целостным мировоззрением это было сложно назвать – скорее обрывки неоязычества с христианством, помноженные на марксистские теории.

Порожденные химеры были полны внутренних противоречий, но каким-то образом смогли существовать, несмотря на разрывающие их внутри силы. Страна искала духовный путь, который бы помог ей обрести себя.