Отклонение или Лал-Земля-Лал. Часть 1

 – Что твоё радостное предположение о том, что сначала нам придётся драться не с ними, а с ними, на мой взгляд, несколько не соответствует действительности. Что-то мне подсказывает, что всё произойдёт с точностью до наоборот. Или я не прав? Хотя, конечно, время у них ещё есть.

– Знаешь, Сергей, – ответил я, доставая из пачки две сигареты. – Что самое интересное, мне всегда нравились люди с чувством юмора и умением высказать свою мысль как-то необычно, заковыристо или иносказательно. По-моему, ты как раз и есть такой человек.

И если нам ещё когда-нибудь придётся иметь дело друг с другом, честное слово, я буду рад этому. А предположение – это всего лишь предположение, а не истина в последней инстанции. Да и какая разница? В любом случае, мы уже по уши в дерьме, так что выбирать не приходится, разве что – мы или они. Но здесь, естественно, мне ближе мы. Да и ты, как я помню, к праотцам не собирался. Или уже передумал?

– Я тоже буду очень рад, если у нас получится продолжить наше знакомство, – усмехнулся Сергей и, взяв у меня сигарету, закурил.

 – Хорошо хоть курева у них было навалом, можно даже сказать, с избытком. Если бы ещё и сигарет, как жратвы, не было, то, не знаю… Я бы, наверное, застрелился.

– Не ври.

– Ладно, не буду, – пообещал Сергей. – А есть всё равно хочется.

– Мне тоже.

– Ещё раз удивляюсь человечеству, – изрёк Сергей, вытягиваясь на траве в полный рост и выпуская дым в красновато-синее вечернее небо. – Перед лицом неизвестности, а может быть и смерти, мы думаем о том, как набить брюхо, да поспать, часок-другой.

– Это, наверное, потому, что человек, по своей природе, неисправимый оптимист.

– Ты думаешь?

– Уверен.

– Возможно и так. Жизнь – в любых условиях и любой ценой. Жизнь – несмотря ни на что. Хотя она и есть всего лишь коротенький миг.

– Может, именно поэтому, мы ею так и дорожим? Впрочем, далеко не всегда.

– Вот-вот. Например, сейчас. Так дорожим, что стараемся разбазарить её при первой же возможности.

– Человека, вообще, трудно понять.

Сергей выругался, махнул рукой и хотел ещё что-то сказать, но в это время, в наш неспешно-философский разговор, совершенно бесцеремонно, влез ещё один голос.

– Что здесь, – дальше последовала труднопроизносимая многоэтажная конструкция. – Происходит?

Я повернул голову, а Сергей подпрыгнул так, будто бы его кто-то укусил за одно, мягкое, место.

– Ух, ты! – восхищённо протянул он. – Ну, ты даёшь! Научи, как-нибудь.

– Как-нибудь, научу.