Война старика

В любой момент – до истечения семидесяти двух часов – вы можете просто-напросто отменить свое решение о вступлении в армию. Достаточно позвонить мне сюда. Если меня не окажется на месте, назовите автоответчику свое имя. Как только мы удостоверимся, что с просьбой об аннулировании вербовочного документа обратились именно вы, договор будет расторгнут. Только имейте в виду, в таком случае вы навсегда лишаетесь возможности завербоваться. Повторная процедура невозможна.

– Это я тоже понял, – сказал я. – Теперь вы, наверно, должны привести меня к присяге?

– Ничего подобного, – отрезала женщина.

 – Я должна всего лишь обработать эту форму и вручить вам билет.

Она снова склонилась к своему компьютеру, несколько минут печатала, а затем нажала «ВВОД».

– Сейчас компьютер оформляет ваш билет, – пояснила она. – Это займет несколько минут.

– Отлично, – отозвался я. – Вы позволите мне задать вам вопрос?

– Я замужем, – резко бросила она.

– Вообще-то я собирался спросить совсем не об этом. А что, к вам действительно обращаются с такими предложениями?

– Все время, – с ударением заявила она.

 – Это ужасно раздражает.

– Сочувствую вам, – сказал я.

Она кивнула в ответ.

– Но я собирался спросить, приходилось ли вам когда-нибудь встречаться хоть с кем-нибудь из ССК.

– Вы имеете в виду, кроме новобранцев?

Я кивнул.

– Нет. ССК содержит здесь корпорацию, которая занимается вербовкой, но никто из нас не числится в армии. Я думаю, даже генеральный директор. Мы получаем всю информацию и материалы от сотрудников посольства Союза колоний, а не напрямую из ССК.

По всей видимости, они вообще не бывают на поверхности Земли.

– А вас не тревожит, что вы работаете на организацию, с которой никогда не имели прямого контакта?

– Нет. Работа нормальная, а платят просто на удивление хорошо, особенно если учитывать, как мало денег они тратят на содержание этой лавочки. Но ведь и вы собираетесь вступить в организацию, о которой не знаете ровным счетом ничего. Вас это не тревожит?

– Нет, – признался я.

 – Я уже стар, моя жена умерла, и я не вижу особых причин оставаться здесь дальше. Вы-то сами намерены записаться, когда придет время?

Женщина пожала плечами:

– Я ничего не имею против старости.

– Я тоже ничего не имел, пока был молод. Эта мысль пришла ко мне вместе со старостью.

Принтер ее компьютера негромко зажужжал, и из него выползла картонка делового вида, похожая на банковскую карточку.

– Вот ваш билет.