Война старика

Ни у кого из нас теперь нет ни дома, ни семьи, ни профессии. Это жесточайший ментальный шок. Наименьшее, что они могут для нас сделать, – это дать нам пищу совершенно невероятного качества, чтобы отвлечь от мыслей обо всем этом.

– Джон! – Гарри помахал мне из очереди.

Я махнул в ответ. Через несколько минут он и еще один, незнакомый мне мужчина подошли к нам, неся нагруженные подносы.

– Это Алан Розенталь, мой сосед по комнате, – представил Гарри своего спутника.

– Прежде известный как спящая красавица, – добавил я.

– Ваши слова справедливы примерно наполовину, – отозвался Алан. – Я и впрямь умопомрачительно красив.

Я представил Гарри и Алана Сьюзен и Томасу.

Томас поцокал языком, внимательно разглядывая их подносы.

– Еще двое, кому не терпится дождаться резкого обострения атеросклероза.

– Гарри, лучше сразу скиньте Тому на тарелку пару кусков бекона, – сказал я. – А не то он всем нам плешь проест по поводу того, как нужно сохранять свое здоровье.

– Я протестую против вашего намека на то, что меня можно подкупить при помощи еды, – с достоинством заявил Томас.

– Это не намек, – возразила Сьюзен. – Он сказал об этом совершенно прямо и откровенно.

– Вы выиграли в лотерею никудышного соседа по комнате, – обратился ко мне Гарри, перекладывая два куска бекона Томасу, который принял их с совершенно серьезным лицом, – зато у меня все оказалось в порядке. Алан – физик-теоретик. Настолько умный, что дальше некуда.

– И умопомрачительно красивый, – съязвила Сьюзен.

– Спасибо, что запомнили эту немаловажную подробность, – поклонился Алан.

– Похоже, что за этим столом собрались достаточно разумные совершеннолетние люди, – заметил Гарри. – Так что, по вашему мнению, для нас предусмотрели на сегодня?

– У меня в восемь ноль-ноль медицинский осмотр, – ответил я. – Думаю, что и у остальных то же самое.

– Верно, – согласился Гарри. – Но я спрашиваю, что, по-вашему, все это может означать. Вы считаете, что сегодня стартует терапия омоложения? Или сегодня мы, если можно так выразиться, начнем переставать быть старыми?

– Мы не знаем, что перестанем быть старыми, – ответил Томас.

 – Мы все предполагаем это, так как считаем, что солдаты должны быть молодыми. Но задумайтесь вот о чем. Никто из нас никогда не видел ни одного колониального солдата. Мы лишь гадаем, и все наши догадки могут быть совершенно ошибочными.

– А какой толк может быть от солдат-стариков? – осведомился Алан.