История знаменитых цитат

Вы берете глыбу мрамора и отсекаете все лишнее”. Что может быть проще, глубже и содержательнее такого ответа?» («Режиссер читает пьесу: материалы к теории режиссуры», 1934).

Едва ли не чаще это изречение приписывается Микеланджело: «Мы изготавливаем их [микроэлектронные матрицы] способом Микеланджело. Так мы его называем в память о его девизе: “В каждой глыбе мрамора содержится прекрасная скульптура, надо только убрать все лишнее”» (Владимир Савченко, повесть «Пятое измерение», 1988).

Но эта мысль гораздо старше и Родена, и Микеланджело.

В каждом куске мрамора (…) заключаются (…) головы, достойные резца (…) Праксителя. Ведь все они делаются путем скалывания. (…) То, что изваялось, (…) находилось внутри.

    («О дивинации», II, 21, 48; перевод М. Рижского)

Затем мы встречаем эту мысль у Леонардо да Винчи:

Скульптор (…) должен уничтожать лишний мрамор (…), торчащий за пределами фигуры, которая заключена внутри него.

Скульптор (…) снимает лишнее.

    («Спор живописца с поэтом, музыкантом и скульптором»; перевод А.

Леонардо мало известен как скульптор; вероятно, поэтому высказывание об «отсекании лишнего» приписывается не ему, а Микеланджело, который, однако, теоретических трудов не писал.

В XVIII веке о том же говорил Дени Дидро:

Скульптор бросает взор на глыбу мрамора – и его воображение, более быстрое, чем его резец, освобождает ее от всех лишних частей и прозревает в ней фигуру.

    («Философские исследования о происхождении и природе прекрасного», 1751; перевод Г.

Приведем еще высказывание Льва Толстого:

…Плохой скульптор, вместо того чтобы соскоблить лишнее, налепливает все больше и больше.

    («Кому у кого учиться писать, крестьянским ребятам у нас или нам у крестьянских ребят?», 1862)

С конца XIX века высказывание о «глыбе мрамора» получило хождение в форме анекдота. Один из вариантов этого анекдота приведен в газете «Boston Herald American» за 1974 год:

Микеланджело поздравляли с открытием его бессмертного изваяния Давида.

– Но, ради Бога, как тебе удалось создать такой шедевр из грубой глыбы мрамора? – спросил один из его почитателей.

– Это было легко, – ответил Микеланджело. – Я просто убрал все, что не было похоже на Давида.

Вино, женщины и песни

– Все мы знаем, как мужчина смотрит на женщину: «Wein, Weiber und Gesang», – замечает обманутый муж-убийца Позднышев в «Крейцеровой сонате».