Правда о лекарствах

Преимущество метамизола состоит в том, что при нормальной дозировке он не поражает слизистую оболочку желудка, чего не скажешь об ибупрофене и аспирине. Подробнее об этом – в другой главе.

В Германии анальгин назначают относительно часто. Не проходит и дня, чтобы я не продал капли или таблетки с этим активным веществом. При этом метамизол подвергается критике за то, что в редких случаях он может вызвать опасный для жизни агранулоцитоз.

Агранулоцитоз – это состояние, при котором значительно снижено количество гранулоцитов (подгруппа белых клеток крови).

Из-за этих рисков метамизол был отозван с рынка во многих странах, включая США, Великобританию, Францию и Швецию.

Однако статистика показывает, что на каждые 100 миллионов пациентов приходится всего 25 больных, умерших из-за приема метамизола. Для сравнения: от диклофенака умирает 600 человек, от аспирина – 185.

С характерным звуком флакон с метамизолом попадает в отсек выдачи. Я достаю его и сканирую.

С 9 февраля 2019 года мы должны сканировать все рецептурные препараты, потому что появилась система securPharm.

При этом фармацевтические компании обязали наносить матричный код данных, совместимый с securPharm, на выпускаемые ими рецептурные препараты и делать упаковку с так называемой защитой от вскрытия.

Кажется, парня впечатлил тот факт, что мне не приходится идти в подсобку за лекарством: всю работу за меня делает робот.

– Потрясающе! Там что, кто-то сидит и выбрасывает лекарства на ленту? – недоверчиво спрашивает он.

Не поверите, но такие вопросы поступают очень часто. Сначала пытаешься проявлять фантазию, но потом останавливаешься на одной версии.

– Там маленькие обезьянки, – говорю я, не меняя выражения лица. – Они прыгают с полки на полку и потом закидывают на ленту необходимые лекарства.

Покупатель смотрит на меня с недоверием.

– А затем препараты выходят вот здесь, – я указываю на отсек выдачи.

– Ха-ха, бред какой-то! – смеясь, замечает он. Дальше сохранять бесстрастное лицо у меня не получается, и я улыбаюсь.

– Да, про обезьянок, конечно, бред. К сожалению, прыгать с полки на полку приходится моим коллегам.

Парень растерянно смотрит на меня и не знает, что сказать.

– А можно посмотреть? – с любопытством спрашивает он.

– Боюсь, что нет.

– Да ладно вам. В аптеке же нет никого, – не отступает он.