Кукушата Мидвича

 – Ты же, надо думать, не считаешь случайностью, что мидвичский Потерянный день не был размазан на газетных страницах в тот же самый час, когда он потерялся? Или что набег журналистов всех мастей, которые бы принялись совать носы во все дыры Мидвича сразу после снятия «стены», не состоялся сам по себе?

– Нет, конечно, – отозвался я. – Разумеется, я понимаю, что тут действовала Служба безопасности. Да ты и сам мне об этом говорил, так что я нисколько не удивился. Я ведь не знаю, чем занимаются в Грейндже, но полагаю, что это секрет.

– Но ведь не один Грейндж уснул, – уточнил Бернард, – заснуло все, что было в радиусе мили вокруг.

– Но включая Грейндж! Лаборатория-то, вероятно, была главной целью! Должно быть, штуковина, которая устроила все это, не могла действовать на меньшую дистанцию, или эти люди – кто бы они там ни были – считали необходимым подстраховаться и заблокировать площадь побольше.

– Так считают в деревне? – спросил Бернард.

– Большинство – да, но есть варианты.

– Вот такие вещи меня интересуют. Они все относят на счет Грейнджа, не так ли?

– Конечно. А какая же еще может быть причина? Не Мидвич же?

– Ну, а если я скажу вам, что у меня есть основания считать, что Грейндж не имеет к делу ни малейшего отношения? И что наши очень тщательные расследования полностью это подтверждают?

– Тогда вся эта история оказывается полнейшей чепухой! – запротестовал я.

– Конечно, нет, если не считать несчастный случай видом чепухи.

– Несчастный случай? Ты говоришь о вынужденной посадке?

– Этого я не знаю. – Бернард пожал плечами. – Возможно, что случайность заключается в том, что Грейндж оказался там, где произошла посадка. Но я говорю о другом: почти все жители деревни подверглись странному и неизвестному воздействию. А теперь и вы, и все прочие считаете, что все кончилось и кануло в вечность без следа. Почему?

Мы с Джанет с удивлением уставились на Бернарда.

– Ну, – сказала она, – эта штука ведь возникла и исчезла, так почему бы и нет?

– Что ж, по-вашему, она просто прилетела, отдохнула и улетела, не оставив никаких последствий?

– Не знаю. Никакого видимого воздействия, кроме, разумеется, смертельных исходов, а сами погибшие, к счастью, тоже ничего не ощутили, – ответила Джанет.

– Никакого видимого воздействия, – повторил он. – В нашем обиходе это слово подразумевает многое.