Зов пространства

– Шкипер, идем на вас, – сказал Маятник. – Я сейчас полезу вперед, попробую найти радар.

На носу ракеты он еще раз по очереди заэкранировал все выступы руками в перчатках. Это не дало заметных результатов. Тогда он слегка удлинил страховочный трос и свесился перед носом ракеты, чтобы заслонить собой как можно больше поверхности. И опять – никаких отклонений от курса.

Маятник еще раз оглядел выступы. Один из них походил на миниатюрный аккумулятор солнечной энергии, о предназначении других оставалось только догадываться.

Впрочем, можно было с уверенностью предположить, что некоторые из них передают информацию автопилоту.

Он снова оседлал нос ракеты. Хотелось курить, – раньше это желание посещало его редко.

– Будь я проклят, шкип, если хоть что-нибудь соображаю. Тут сам черт ногу сломит.

Его взгляд устремился в испещренную блестками мглу позади Корпуса и Сборочной, которые висели точно по курсу и яркостью уступали разве что солнцу.

– Шкипер, я лишь одно хочу сказать, – произнес Маятник.

 – Сдается мне, третьей попытки не будет. Она так развернулась, что вы и Сборочная теперь на одной линии с ней.

– Неужели нельзя как-нибудь обездвижить или обезоружить эту гадину! Посмотри еще раз на стержни, может, вывинтить удастся.

– Один-два вроде на резьбе, только у меня нет с собой ключей, да и плоскогубцы потерялись.

Маятник вновь переместился вперед, как мог надежнее устроился на носу ракеты и попытался отвинтить руками в рукавицах ухватистую деталь.

Напрасная трата сил! В конце концов он сдался и, пока переводил дух, глядел вперед. Ракета шла точнехонько на цель, легкие толчки коррекции едва ощущались. Судить о дистанции было трудно, но едва ли она превышала двадцать миль. Считаные минуты…

Маятник обнаружил, что со лба стекает пот и жжет уголки глаз. Он потряс головой и заработал веками, выжимая капли. Затем неуклюже съехал обратно на пилон основной дюзы. Сел, как можно надежнее привязался страховочным фалом, уперся в бок дюзы ногами, прижался спиной к корпусу ракеты, вытащил ручные дюзы – собственную и Доббина – и поставил на максимальную мощность.

Затем направил перед собой широкие стволы и упер рукоятки в обшивку ракеты. И весь обратился в ожидание.

– Маятник! Прыгай сейчас же! – приказал начальник.

– Шкип, я же сказал: мне не улыбается медленная смерть в скафандре.

Казалось, Корпус и полузаслоненная им Сборочная несутся к нему на сумасшедшей скорости.