Искупительница

Но я не могла быть в этом уверена… а Дайо всегда плохо справлялся с неопределенностью. Я боялась, что еще одна потеря сломает его: за последний год он успел стать свидетелем кровавой бойни в Эбуджо, едва не умер от раны в живот, которую я ему нанесла, и потерял отца.

– Да. – Я попыталась улыбнуться. – Обещаю, Дайо.

– Хорошо. – Он кивнул, все еще дуясь. – Потому что… потому что я не стану проводить свою коронацию, пока ты не вернешься.

Я потрясенно на него уставилась.

– Это невозможно, – произнесла я медленно.

 – Я войду в Подземный мир только через два года. Ты не можешь отложить коронацию так надолго.

– Кто сказал? – спросил он. В голос его вернулась обычная жизнерадостность. – Мы и так уже считаемся императором и императрицей. Коронация – просто формальность. Кроме того, если мы подождем, то после спасения Искупителей тебя будут считать героиней. Тогда Аритсару просто придется тебя принять!

Я очень в этом сомневалась, но не стала больше на него давить.

Отчаяние, читавшееся на его лице, выдавало истинную причину того, почему он хотел отложить нашу коронацию: если Дайо сможет убедить всю империю, что я вернусь из Подземного мира, то он сможет поверить в это и сам.

Мы кивнули гвардейцу, и двери со скрипом открылись.

На нас обрушилась оглушительная волна света и музыки.

«Ох, – потрясенный голос Дайо раздался у нас в головах. – Ай Лин, ты говорила, что торжество будет пышным, но это… это просто невероятно!»

На каждой поверхности сияли свечи, лампы со спрайтами или напольные факелы, отражаясь в мраморных сиденьях вдоль стен, которые могли вместить несколько тысяч людей.

В просторном зале словно остановилось время: казалось, сейчас полдень, а не глубокая ночь. Освещение такой большой комнаты стоило немалых денег. Дневное торжество обошлось бы нам дешевле, но учитывая, какую услугу я собиралась попросить у наших королевских гостей… Что ж. Возможно, роскошь настроит их на благодушный лад.

«Все дело в подаче, – сказала Ай Лин через Луч, сияя от восторга.

 – Так мы показываем нашим вассалам, что император и императрица не поскупятся ради мирных переговоров».

Я не была уверена, что сверкающие стены зала говорили о мире. Все это – от черно-золотых гобеленов до гигантских обсидиановых статуй, поддерживающих потолок, – все говорило только об одном:

На колени – или будешь уничтожен.

Костюмированный хор выскочил перед нами, когда мы вошли.