Влюбляясь в темноту

Ваша природа никогда не была обеспокоена, никогда не испытывала страданий, но отражение оказывается уязвленным, побеспокоенным и страдает.

Я слышал…

* * *

Была одна речушка с очень слабым течением. Должно быть, это была индийская река – в Индии ничто не течет! Даже реки не текут, все пребывает в застывшем состоянии. Все стоит неподвижно, и поэтому все прогнило. Если что-то оказывается в застойном состоянии, оно гниет. Должно быть, это была индийская река, совершенно неподвижная. Если в нее бросить мусор, он просто будет там лежать.

Если вы вернетесь много жизней спустя, вы все еще обнаружите его там! Он все еще будет там, сгнивший. Все стало таким грязным.

К реке пришла собака, чтобы напиться воды. Река была очень спокойной, неподвижной, и когда собака посмотрела вниз, то увидела свое отражение. Когда она увидела в воде еще одну собаку, она испугалась и отскочила назад. Но, чтобы не мучиться от жажды, она должна была попить. Жажда заставляла ее вернуться к воде, поэтому она снова пошла к реке, но, увидев собаку в реке, она снова испугалась и отошла назад.

Вода была так близко, а ее мучила жажда. Вода была так близко, снаружи, а жажда была внутри. Была жажда, была доступна вода, и не было никаких реальных препятствий. Собака снова подошла и снова отошла, испугавшись той собаки, которую увидела там. Но как долго она могла продолжать отходить назад?

Проходивший мимо человек засмеялся. Не над собакой. Только глупцы станут смеяться над собакой. Он же засмеялся над собой. Он засмеялся над собой: «Вот и я также много раз возвращался, когда начинал дрожать при виде собственного отражения».

Он приблизился к собаке и начал толкать ее в воду. Собака сильно сопротивлялась: если кого-то толкать, он будет сопротивляться. Даже если толкать его в бассейн с нектаром, он будет сопротивляться. Все сопротивляются, когда их толкаешь. Человек замирает, когда его толкают, и вообще не хочет двигаться.

Этот человек толкнул собаку, и она упала в воду. Никакого отражения больше не было, отражение поколебалось.

Собака напилась воды, а мистик (это был он) засмеялся.

Если бы собака могла спросить, то она бы спросила: «Почему ты смеешься?» Она не могла спросить, но мы легко можем спросить. Спросим человека: «Почему ты засмеялся?»

Человек ответил бы: «Я смеюсь, потому что сам был в точно таком же положении. Это было и моей ситуацией: мое собственное отражение оборачивалось столькими трудностями, препятствиями, оно превращается в такое количество стен.