Лев Святого Марка. Варфоломеевская ночь (сборник)

Служащий подошел к ним и, спросив, кто из них Фрэнсис Хэммонд, пригласил его следовать за собой.

Глава IV. Похищение

Не без чувства смущения и даже невольного страха следовал Фрэнсис Хэммонд за своим проводником в залу Совета. Это была большая и великолепно украшенная комната. Кругом по стенам висели громадные картины, изображавшие различные сцены из войн Венеции, потолки тоже были расписаны живописью. Карнизы были позолоченные, а над окнами и дверями спускались дорогие занавеси из затканных материй.

За столом подковообразной формы заседало десять членов Совета, все в ярко-красных одеяниях с горностаевой отделкой – отличительной одежде венецианских сенаторов.

Председателем был дож, сидевший за тем же столом. На голове у каждого была одета черная бархатная плоская шапочка. Синьор Полани и его друзья сидели в креслах против стола. В то время, когда в зал вошел Фрэнсис, какой-то гондольер давал свои показания. Когда он закончил, ему задали несколько вопросов, а затем велели удалиться. Тогда пристав вывел вперед Фрэнсиса.

– Мое имя Фрэнсис Хэммонд, – сказал он в ответ на заданный ему вопрос.

– Расскажите нам, что вам известно по настоящему делу, – обратился к нему дож.

Фрэнсис рассказал сцену нападения на гондолу.

– Как это случилось, что вы, такой молодой человек и притом еще иностранец, вмещались в такого рода приключение? – спросил его один из членов.

– Я услыхал крики женщин, призывавших на помощь, и, разумеется, счел своим долгом поспешить к ним, – отвечал он спокойным тоном.

– А вы знали, кто были эти дамы?

– Я знал их в лицо. Мне случайно однажды указал на них мой приятель Маттео Джустиниани, сказав, что это дочери синьора Полани. И когда незадолго до происшествия они проезжали мимо меня в гондоле, то я при свете факелов узнал их.

– Могли ли бы вы узнать кого-либо из нападавших, если бы опять увидали их?

– Нет, не мог бы, потому что они все были в масках, – отвечал Фрэнсис.

– Вы говорите, что ударом весла по голове свалили одного из участников нападения в то время, когда он собирался перескочить в вашу гондолу.

Как это случилось, что весло было в руках у вас, а не у вашего гондольера?

– Я сам умею грести, – отвечал Фрэнсис. – У нас в Лондоне все молодые люди, катаясь на лодках садятся на весла ради своего удовольствия и очень любят это занятие. В тот вечер, однако, когда синьорины проезжали мимо меня, я не греб, но схватил весло, когда услыхал их крики, чтобы скорее доехать до места происшествия.