Шпион в шампанском. Превратности судьбы израильского Джеймса Бонда

Как врач в нацистских концлагерях, он проводил медицинские «опыты» на узниках, обрекая тысячи мужчин, женщин и детей на медленную и мучительную смерть. Я слышал, что он жил в Египте, что правительство предоставило ему убежище и хорошо оплачиваемую работу, но я впервые лично с ним встретился. Я предостерегающе взглянул на Вальтрауд, опасаясь, что она может выдать себя. Нам нужно было играть свою роль, и это было частью нашей игры. Отказавшись от рукопожатия и нескольких дежурных слов вежливости, мы обратили бы на себя внимание всех гостей.

Я кратко пожал ему руку и сказал несколько ничего не значащих слов, что-то вроде того, что я рад с ним познакомиться. Вальтрауд достала носовой платок и стала тереть глаза.

– Извините, кажется, мне что-то попало в глаз. Фрау фон Леер, могу я пройти в ванную?

– Разумеется, дорогая, – сочувственно ответила фрау фон Леер. – Я вас провожу.

«Очень элегантно, молодец, Вальтрауд», – отметил я про себя.

Я хорошо понимал отвращение, которое вызвала у моей жены перспектива пожать руку убийце.

У меня у самого от этого мурашки забегали по коже. С другой стороны, некоторые немецкие специалисты занимались здесь созданием бактериологической начинки для египетских ракет, и их надо было остановить любой ценой.

К нам подошел египтянин, которого фон Леер представил как какого-то Ахмеда, который завел с Эйзелем разговор о новейшем рентгеновском оборудовании. Тем временем фон Леер взял меня под руку и отвел в сторону.

– Пойдемте, дорогой Лотц, присядем на веранде, выпьем по чашечке кофе или бокалу вина.

Хотите верьте, хотите нет, но у меня есть бутылка настоящего мозельского!

Он подозвал слугу и на медленном, академическом арабском языке приказал принести бутылку. Мы устроились в плетеных креслах в углу веранды. Дневная жара прошла, уступив место прохладному бризу. Фон Леер предложил мне сигару и зажег ее. Сам он не курил. Слуга принес бутылку вина и бокалы.

– Прозит, мой дорогой мальчик!

– Ваше здоровье, профессор.

– О, какое прекрасное вино.

Просто физически ощущаешь себя на юге Германии.

– Да. Прекрасно. А как там хорошо!

– Как хорошо, что ветерок отгоняет москитов.

Мы еще отхлебнули из бокалов.

– Вы раньше встречались с доктором Эйзелем?

– Нет. Он редко бывает в каирском обществе.

– Я имею в виду, вы не встречались с ним в Германии во время войны?

– Нет, я его никогда не встречал. Германия очень большая, профессор.

– О да. Но она была еще больше в дни нашего величия.