Шпион в шампанском. Превратности судьбы израильского Джеймса Бонда

То место, которое мы ищем, должно располагаться где-то между дорогой и железнодорожной линией, так?

– Так-то оно так, но мы проехали по всей этой дороге туда и обратно, а потом ты еще ездил на поезде, чтобы проверить подозрительные участки с другой стороны, и мы так и не увидели ничего, что напоминало бы ракетную базу.

– Правильно. Значит, мы можем исключить все участки, где шоссейная дорога хорошо просматривается из поезда и наоборот. Ракетную базу нельзя спрятать в болоте или под пальмовыми деревьями. Она должна занимать довольно значительную территорию.

Судя по карте, там есть три таких места. И туда должна вести какая-то дорога.

– Я помню две дороги, которые ответвлялись от шоссе, – сказала Вальтрауд. – Одна дорога ведет на свалку, а у съезда на другую дорогу стоит часовой и есть знак: «Въезд и фотографирование запрещены».

– В Египте тысячи таких мест, особенно в зоне канала.

Я запомнил это место. Мы не поехали туда из-за часового и надеялись просмотреть это место с какой-нибудь другой точки.

Но ничего не нашли. В конечном счете мы с Вальтрауд решили поехать туда еще раз под предлогом купания в Горьких озерах.

Одевшись в легкие брюки, желтую спортивную рубашку и спортивную кепку с козырьком, я вместе с Вальтрауд отправился в разведывательную поездку.

От Гелиополиса до Суэца не более часа езды. Не доезжая самого города, мы свернули налево, пересекли железнодорожную линию и по дороге, идущей через пустыню, направились в сторону Исмаилии. Время от времени я останавливал машину и сверялся с картой.

– Почему бы мне не сесть за руль? – предложила Вальтрауд. – Так ты сможешь лучше следить за местностью.

– Отличная мысль.

Мы поменялись местами. Вальтрауд села за руль, а я сосредоточился на наблюдении. Проехали небольшую деревушку, затем какой-то военный лагерь и снова выехали в пустыню.

– Замедли скорость, – попросил я после того, как мы проехали по пустыне километров десять. – Мы уже почти на месте. Вот дорога к свалке, до следующего перекрестка остается километра два.

– Давай поедем напрямую по пустыне, – предложила Вальтрауд.

– Нам нужно подходящее место для съезда, но кругом сыпучий песок – мы моментально застрянем. Проедем еще немного вперед.

Подходящего места так и не попадалось, а мы уже приближались к перекрестку, от которого направо отходила другая дорога. На съезде стояла будка для часового, но никакого шлагбаума не было видно.

– Что делать? – спросила Вальтрауд. – Съезжаем?

– Нет, едем прямо.