Пропала собака. История одной любви

Брак – основанное на байках проклятие, институт с такой гадкой историей, что даже мерзко становится. Это полная чушь.

Я в принципе не возражала: моей предусмотрительной матери брак не принес ничего хорошего, только приучил ставить домашние дела выше собственных суждений. Но я чувствовала себя униженной и попыталась выцарапать обратно хоть немного доверия.

– Я просто… просто хочу закатить большую вечеринку, только и всего.

Моя хрупкая самооценка тридцатилетней молодой женщины рухнула, как новорожденный жеребенок с подкосившимися ногами.

Я только что купила первое дорогое бикини и, счастливая, прохаживалась в нем вокруг бассейна, покачивая бедрами не хуже Урсулы Андресс. Но легкий ветерок из мистраля превратился в ураган, который напрочь выдул из меня всякое эго. Остаток пресс-тура я провела в глубокой тоске, усугубленной тем, что кроме старой доброй Мел там присутствовал мой бывший с новой подружкой, и вдобавок – парочка мерзких коров на важных редакторских позициях в глянцевых журналах. Все это четко отпечаталось в памяти как ночной кошмар у бассейна новехонького отеля на другой стороне залива Сен-Тропе.

К слову, лицемерная сучка вышла замуж даже не один, а два раза – естественно, из-за налогов или еще по какой-то уважительной причине, связанной с детьми. Я же осталась гордой старой девой, хотя обычно старой деве полагается быть девственницей.

И вот я уже кричу радиоприемнику:

– Ну и кто из нас теперь феминистка, Мелани? – На слове «дважды» иронично поднимаю вверх два пальца, поддерживая руль коленом.

 – Ну так как, Оксбридж? Ну давай, давай, скажи.

Ответ очевиден – все еще она. Противно слушать ее долгую и занудную болтовню, которая вызывает смешки у неглупой ведущей. Мелани играет в феминизм и по-прежнему выигрывает.

Сестренка? Ага, конечно…

Она – просто бесплотный голос из радио. Но она что-то там комментирует, а я – нет. Голос Мелани звучит очень уверенно, и я ненавижу ее. Ненавижу себя за то, что ненавижу ее, и ненавижу ее за то, что она вызывает у меня такие чувства.

Щелк – переключаю станцию. «Радио-3». Остановимся здесь. Мощная симфоническая музыка. Малер, кажется.

На мгновение воображаю, что живу в Лондоне, в доме, где полным-полно книг. Может, даже веду бойкую колонку, которую все любят читать просто забавы ради, но на самом деле она невероятно глубока и раскрывает подлинные основы политического и культурного ландшафта. У меня берут интервью.