Пропала собака. История одной любви

Слышу шуршания и поскрипывания, и уже по нему скучаю.

– Вулфи? – зову его, задаваясь вопросом, захочет ли он прийти и готова ли я пригласить его в мир людей. А как же мои ответы «аноракам»: «Собака наверху, что вы, никогда!»? Внизу секунд на тридцать наступает полная тишина. – Вулфи! – Осторожный скрип, клацанье когтей по крашеным деревянным ступенькам. И вот он уже стоит наверху, тяжело дыша, глядя на меня и широко раскрыв пасть. Он улыбается. Я хлопаю по кровати.

– А ну-ка! Вулфи! – Он останавливается рядом, улыбаясь и как бы спрашивая: «Ты уверена?» А потом с удовольствием запрыгивает на матрас и сворачивается клубком у меня в ногах.

Я засыпаю, раскинувшись, как морская звезда, голова пса лежит у меня на икре. Хватит с меня позы эмбриона. Прилив окситоцина просто крышу сносит.

Больше Вулфи никогда не спал внизу.

– Извините? – прочирикала я в спину «Халка», того мрачного мужика со стаффом. Мы с Вулфи идем недалеко от него по пути в «Кофи Плант». Всю дорогу от Элджин-Кресент до Лэдброк-гроув я набиралась храбрости подойти и прямо спросить: «Ваша собака – любовь всей вашей жизни?»

– Она – моя единственная.

 – Его смех грохочет, как поезд подземки. Мелькнули золотые коронки на зубах. Затем он снова возвращается к прогулке.

Это успокаивает. Если любовь к собаке – форма душевной болезни или проявление склонности к ней, то от этого недуга страдает огромное количество вполне обычных людей. Вот и хорошо, я расслабляюсь. Послушай, говорю себе, было ведь даже академическое исследование в Эдинбургском университете.

И выяснилось, что окситоциновый ответ на присутствие рядом собаки заложен у нас в генах. Отличные новости. Еще одну проблему можно переложить на родителей. На этот раз это даже не моя вина.

С того мерзкого визита к Тиму, который побудил меня охотиться на Вулфи, прошло уже несколько месяцев.

Он позвонил как-то вечером, когда я гуляла на Вормвуд-Скрабс, и поинтересовался, не рядом ли я. Сообщил, что у него в Ноттинг-Хилл какие-то дела.

– Нет, – вру я. – У меня дедлайн.

Он заводит болтовню о новой подружке. Она совсем молоденькая и, похоже, обожает анальный секс. Теперь она у Тима фаворитка. У меня с языка чуть не срывается, что она с ним только из-за денег и наркоты.

– Я не хочу это знать, Тим, пожалуйста.

Пес тем временем шныряет по краю зарослей, где живут бездомные, и я рассеянно за ним наблюдаю. Как они пробираются сквозь толщу деревьев и кустов? Как вообще тут выживают?

Конец ознакомительного фрагмента.