Художница проклятий

Лорд Ларк будет в это время находиться в своей ежегодной поездке по сбору налогов, поэтому нам будет проще делать свое дело.

Брайер внимательно его слушала, подперев рукой подбородок.

– Какая у этого места магическая защита?

– Эстебан?

Старик сухо кашлянул.

– Иллюзия Беладонны на крепостной стене, несколько проклятых дверных проемов в самой башне и, скорее всего, замо?к Марин на двери комнаты, где заперта леди Мэй.

Брайер вскинула бровь.

– Зачем вам нужна я? У вас уже есть маг.

Лью и Джемма обменялись взглядами, но Эстебан не удивился тому, что Брайер вычислила, кем он был.

Старик угрюмо смотрел на нее. По правде говоря, угрюмость на его лице была вполне обычным явлением.

– Сила Эстебана ограничена, – сказал Арчер. – Он лицензирован, видишь ли.

– Тогда зачем он тебе нужен?

Лью хмыкнул, а Эстебан пробормотал что-то о невоспитанной молодежи.

– У каждого в этом деле есть своя роль, – Арчер похлопал Ната по его не такому уж мускулистому плечу. – Даже у него.

Брайер все еще внимательно смотрела на мага.

Она была напряжена, как птица, которая готовилась сорваться с места и улететь.

– У вас есть татуировки?

Эстебан закатал рукава, обнажая выцветшие черные чернила, петляющие по его рукам. Заколдованные отметки говорили о том, что каждое магическое действо мага было отражено в каталогах в таинственном Архиве, расположенном в Верхнем Люре – в городе, где жил король.

– Где вы учились? – спросила Брайер.

– Я обучался в нескольких самых лучших школах искусств для магов в Люре, – ответил Эстебан.

 – Я не потерплю, чтобы мою компетентность ставила под вопрос какая-то неправомерная…

– Я не ставлю под вопрос вашу компетентность, – сказала Брайер. – Когда вы в последний раз были в суде?

Рот Эстебана сжался в недовольную линию.

– Я сам был себе судьей еще задолго до твоего рождения, девчонка. Тебе следовало бы проявлять больше уважения к старшим.

– Прошу прощения, – сказала Брайер. – Я не хотела вас обидеть.

Она поудобнее уселась на пеньке и стала казаться менее напряженной.

Любопытно. Арчер решил чуть позже узнать, есть ли у Джеммы какие-либо догадки по поводу того, почему Брайер волнует, был ли Эстебан в суде. Джемма лучше него разбиралась в людях. Эстебана было легче понять, чем Брайер. Старый маг был недоволен тем, что они искали для миссии магическую помощь со стороны. Вместе с морщинами на его лице вырисовывалась явная обида. Арчер надеялся, что это не станет проблемой в дальнейшем.