«Предисловие к Достоевскому» и статьи разных лет

» Но, тем не менее, он остаётся в кондитерской, тревожась за старика, и, когда тот выходит на улицу, рассказчик спешит вслед за ним. Он успел найти старика в тёмном закоулке между каким-то забором и домом, успел сказать ему несколько добрых слов и услышать от него:

«– На Васильевском острове, – хрипел старик, – в Шестой линии…»

Рассказчик подумал, что старик живёт в Шестой линии, но ничего больше не успел узнать: старик был мёртв.

«Это приключение стоило мне больших хлопот, в продолжение которых прошла сама собою моя лихорадка», – сообщает рассказчик.

У него не возникло даже мысли, что он мог не хлопотать об умершем старике, просто подозвать полицейского и уйти по своим делам. Ему не чужды судьбы других людей; жизнь и смерть старика заняли его душу, не мог он не принять участия в хлопотах.

Нашли дом, где жил старик: здесь же, рядом. Квартира его будет играть немалую роль в романе, описание её важно: «…в пятом этаже, в отдельной квартире, состоящей из одной маленькой прихожей и одной большой, очень низкой комнаты, с тремя щелями наподобие окон».

Позже, когда в этой комнате будет жить сам рассказчик, его приятель заметит: «Ведь это сундук, а не квартира». Невольно вспоминается «Преступление и наказание» с комнатой Раскольникова, тоже в пятом этаже, «под самой крышей», похожей «более на шкаф, чем на квартиру», – так описал комнату Раскольникова Достоевский, а матери Раскольникова она показалась похожей на гроб.

Достоевский хорошо знал петербургские комнаты, в каких он селил своих героев; он сам много лет жил в таких комнатах. Но жильё умершего старика отличалось от других бедных комнат – здесь царила полная нищета: давно не топившаяся печь, пустая глиняная кружка и засохшая корка хлеба – всё, что нашлось в комнате.

Квартира была жалкая, но рассказчик уверяет, что она ему понравилась, поэтому он оставил её за собой и даже скоро привык к низкому потолку.

О главной же причине он упоминает вскользь: «…может быть, кто-нибудь и наведается о старике». Сам он ничего не мог узнать: ни хозяин дома, ни жильцы ничего не могли ему сообщить. Вспомнив последние слова старика, рассказчик пошёл на Шестую линию, но что он мог там выяснить, не зная ничего, кроме номера линии?

Всего, что произойдёт дальше, могло бы не случиться, если бы на месте рассказчика был другой человек.